— Адмирал, что за хрень происходит? — Ануфриев выглядел растерянным и, понимая это, злился.

— Ментальное воздействие! На борту вражеского судна сильный сенс, каким-то образом он может воздействовать на разум. Всему экипажу немедленно закрыть забрала шлемов. Полная герметизация блокирует воздействие. Капитан, сколько у тебя на борту десанта?

— Полный штат, — ответил Александр Петрович, — будем брать пленных?

— Именно! — ответил я, — нам нужен пленный, который сможет рассказать, кто они такие и что забыли возле этой планеты.

— На связи капитан «Победы», — раздался в наушнике голос Деана.

— Адмирал, приказ выполнил! — браво доложил Михаил, — вражеский линкор обездвижен, в настоящее время комендоры уничтожают огневые точки.

— Все правильно делаешь. Продолжай держать противника под контролем, — похвалил я бывшего напарника, — будет что-то новое, сообщи искину «Дальнего». У нас тут штурм намечается, отвлекаться некогда будет!

Не имея информации, успел противник отправить сигнал о помощи, или нет, я поставил ограничение по времени — двенадцать часов. По их истечении сворачиваем все дела и уходим в гиперпрыжок до ближайшего белого или голубого гиганта. Проводим подзарядку и отправляемся прямым курсом к Земле.

Уже после, когда был захвачен командующий флотом противника, стало ясно, как нам повезло. Не будь он так уверен в своей победе, не нарушь несколько протоколов, и штурм многоцелевого корабля обошёлся бы нам огромными потерями. Но, Трехглавый Жмы'ых, так звали командира, сначала вступил в бой, вместо того, чтобы покинуть систему. Затем не вывел из криосна боевых особей, так называемых одноглавых, из-за чего мы не встретили сопротивления при штурме. И самое главное — испугался задействовать систему самоуничтожения, из-за чего был пленён сам, и помог пленить капитана поврежденного, но не уничтоженного линкора.

В итоге наши потери составили двенадцать истребителей и три корвета, погибло восемь пилотов и двадцать семь штурмовиков — во время захвата линкора всё же было оказано сопротивление.

— Командующий, я готов! — скрежещущий голос Чуури'су. Сам учёный уже протиснулся внутрь отсека и сейчас рассматривал пленного, находящегося в силовой клетке. Едва их глаза встретились, в глотке сумасшедшего заклокотало, — это он! Узнаю разум, который пытался подчинить меня своей воле.

То, что удалось узнать от Трехглавого Жмы'ыха, было сравнимо со светошумовой гранатой, рванувшей в помещении с людьми. Я, получивший из формацию самым первым, тут же собрал совет, и сейчас наблюдал за реакцией капитанов и их помощников. Кто-то матерился сквозь зубы, другие молчали, погрузившись в тяжёлые мысли. Пётр, сидевший напротив, скрипел зубами, уставившись в одну точку. Лишь марийцы были невозмутимы, а потому по деловому сосредоточены.