― Я найду тебя, понял⁈ ― закричала она. ― Учись спать с открытыми глазами, ублюдок! Эй! Кто убьёт его, получит двести тысяч.
― Интересно, ― усмехнулся Инопланетный организм и, используя едва заметное движение, направил в разбойника замедляющие заклинание.
― Встань в очередь! ― выкрикнул Скарабей и, раскрыв глотку, быстро использовал навык, временно понижающий прочность физической брони.
Остальные не отставали, и ворох навыков и заклинаний обрушился на их врага. Огонь, лёд и молнии смешивались с водой, гравитацией и летящим оружием.
Казалось, выжить в таком концентрированном обстреле нереально, но когда следы магии развеялись, они не увидели ни исчезающего трупа разбойника, ни дропа, ни сфер влияния. К тому же никто так и не получил оповещения о смерти Ворона.
― Не понял… Он сбежал? ― раздался чей-то голос, но в этот самый момент небо над островом вдруг почернело, а затем мир почти сотни тысяч игроков погрузился в ад…
Глава 363 Преемник
Большинство начавших играть на стопроцентном уровне чувствительности за время игры успели понять одну очень и очень важную вещь: боль не единственный фактор, на который та влияет.
Повышение чувствительности затронуло все органы чувств и не только. Интуицию, чувство опасности, предсказывание и прочее. Весь спектр ментальных возможностей человека работал в игре так же, как и в реальной жизни, но при всём при этом она не превышала их реальных сил. Игрокам даже стало казаться, будто их разум просто скопировали и вставили в игру. Но, привыкнув, те, кто заметил изменение, в большинстве перестали придавать этому значение, приняв всё как данность.
Не сдались только члены Ордена, а точнее, половина из них. Люди, что по неведомым для них причинам оказались на других этажах, даже приняв факт необычайного эффекта, не переставали задавать вопросы и искать ответы.
В отличие от них, Уилл, проходя испытания, сражаясь с монстрами и общаясь с NPC, лишь едва улавливал ощущение чего-то неправильного. Взять те же ауры, что он мог смутно ощущать, когда впервые встретился с Цербером, Безумием или остатками памяти героев. В то время всё его внимание было сосредоточенно на том, чтобы спасти семью от нищеты, из-за чего такие детали просто выходили за рамки его интересов. Находясь в неведении и считая, что всё это лишь проделки искусственного суперинтеллекта, он только удивлялся технологиям, хмыкая или пожимая плечами, а затем продолжал делать то, что должен был.
Лишь со временем, нащупав край полотна, что скрывало истину, он смог сложить два и два и увидеть значение чувствительности в совсем ином свете.