Перекусив и расплатившись серебряной монетой, Дарт и его компания направились на север. Погода была хорошая, а природа радовала глаз. Дарту эта местность напоминала о далёкой родине. Он набрал приличную скорость и потопал по дороге, мысленно сокрушаясь о потере верблюдов. Через час их нагнал крестьянин и за серебрушку согласился довезти до деревни, как он сказал, стоящей на середине пути между Пурантаном и Небесным Дворцом. Да, на удивление, город в этом мире имел то же самое название.

Пока дорога ложилась под колёса телеги, Дарт осматривал окрестности. Горы оказались всего лишь высокими холмами. Море было не более, чем озером. А болото было болотом. Не непроходимой топью, а всего лишь разлившейся на лугу речкой. Тут были кочки, тысячи лягушек, и по словам крестьянина максимальная глубина воды в болоте доходила до колен. А речку можно было перейти вброд по пояс. В общем, всё в этом мире было каким-то мелкотравчатым и игрушечным.

— А вон там, смотрите, башня бога мудрости Уртуна. — Указал крестьянин на местную достопримечательность.

Глазам Дарта предстала слегка покосившаяся водонапорная башня. Ну или что-то очень на неё похожее. Сделанная из дерева и камня она выглядела скорее постройкой, достойной крестьянина, а не бога.

— И насколько мудрый этот бог? — Уточнил Дарт.

— Очень мудрый. Он придумал водную мельницу, водопровод, а главное — унитаз со смывом! — Выдал крестьянин непонятный набор слов.

Что такое водная мельница, Дарт знал. Про водопроводы слышал, хотя лично ими пользоваться не доводилось. А вот унитаз со смывом был ему совершенно незнаком. И глядя в восторженно горящие глаза крестьянина, он не стал позориться, выясняя, о чём идёт речь.

Но, по его мнению, настоящий бог не стал бы жить в таком сарае, будь тот даже трижды божественным. Где золото, шелка, витражи из цветного стекла и танцующие с утра до ночи апсары — девы, услаждающие богов?

Стоило им проехать мимо башни, как дверь в неё открылась, и на улицу вышел подзаплывший жиром мужик с волосатой грудью. Из одежды на нём была только мятая набедренная повязка.

— Вот он, господь наш Уртун. — Набожно заголосил крестьянин, выдавая какой-то жест руками.

Дарт посмотрел на «великого бога» и внутреннее скривился. Мужик и мужик. Брюхо салом заросло. Чего в нём такого божественного? Таких богов в каждой деревне на каждом углу полно.

И тут, будто опровергая мысли Дарта, бог присел, прыгнул и… унёсся за горизонт, летя по небу подобно птице. Наёмник только рот раскрыл, пытаясь уложить в голове явную несуразицу.

— Низко полетел, к дождю. — Выдал крестьянин народную примету. — Надо будет не забыть на ночь телегу накрыть.