Тончайшее движение лицевой мимики выдаёт лёгкое удивление сержанта.

Ага. Отметил похоже, что, судя по номеру и дате, пропуск выдан ещё в те времена, когда сам он под стол пешком ходил.

Молод еще, салага! Попаданец тут все закоулки и первый состав помнит! Все ради меня прекрасного и завертелось.

Новенький сотрудник медленно (уверенно предполагаю, что он ловок с пистолетом, но с местными «компами» ещё пока на «вы»), поглядывая на клавиши, вбивает одним пальцем фамилию в строке поиска софта на ещё более новеньком 16-разрядном вычислителе и, удерживая меня в поле зрения, бросает взгляд на экран монитора.

Понты, конечно, но уж 8-е то «информационное» управление ГУГБ может себе позволить юзать свеженькие, пошедшие весной в серию М-8! Я даже знаю, что за софт там стоит… с цифровым изображением, что на экране, которое сличал сейчас сержант с фото на пропуске и моей рожей в натуре.

АРМ «Ведомство». Модуль «Кадры». Версию 1.0 с сетевой поддержкой для силовых ведомств. В июне один из отделов НИИВТ сдавал заказчикам… многое за год перед запуском в серию 16-разрядных вычислителей успели. «Локалки» вовсю использовались с продвинутыми конфигурациями М-7, но все возможности сетевых версий софта по нормальному мы сможем реализовать только на 16-разрядной платформе и соответствующих серверах.

Востребованная в организациях и учреждениях СССР и мира штука вышла. Скорее всего, успех седьмой платформы будет превзойдён.

— … мне назначено. На приём к начальнику управления Поташнику Матвею Моисеевичу, к 16.00…

Сержант что-то жмёт на «клаве». Ага. Там и модуль «Контакты и встречи», или как там его… похоже, подцепили? Или что-то подобное, всего и не упомнишь. Уже многое из софта, разрабатываемого в НИИВТ, прозодит мимо меня. Давно часть кураторства на плечи начальников отделов переложена — контора наша распухла, настоящий софтверный монстр лет через 5–10 будет.

Сержант, видимо, сличает — есть ли фамилия в списке допущенных посетителей к Поташнику на сегодня? Служивый ещё раз (с чувством собственного достоинства) окидывает взором меня, ждущего из окошка, возвращает паспорт и пропуск и жмёт кнопку, снимая блокировку с турникета.

* * *

Кабинет начальника 8-го управления ГУГБ НКГБ СССР.

— Чай, кофе… — интересуется Матвей Моисеевич.

— … Виски, джин, кока-кола… — продолжаю я его фразу с кривой усмешкой. — кофе, пжлст.

— Ты всё так со всеми и продолжаешь общаться? — возвращает усмешку мне Поташник и вызывает секретаря, чтобы тот расстарался ради дорогого гостя.

— Почти всегда, за исключением… совсем официала. Имидж — наше всё. Тем более, привычное окружение давно, извиняюсь за тафтологию, уже привыкло. Скорее уж, удивятся, если я на канцелярит перейду.