Изготовленную таким образом стрелу с кремневым наконечником он тут же испробовал: убил зайца на расстоянии пятидесяти метров. Правда, из собственного лука.

Результатом этой благотворительной деятельности стало то, что викингов больше не воспринимали как врагов, и вокруг склонных к педагогической деятельности хирдманов постоянно терлись местные, готовые чем-либо угодить или чему-нибудь научиться. Смерть сородичей от мечей пришельцев дикари не воспринимали как нечто плохое. Они сами напали, их убили. Вдобавок пожалели: убили не всех. Хотя запросто могли бы.

Здесь обычно так и делалось. Наткнется одна группа диких на другую — и сражаются до полного истребления мужчин одной из сторон. Мальчиков старше пяти лет тоже убивают. И стариков со старухами. Оставшихся присоединяют в своей группе.

Так и живут.

Что дикари умели делать лучше хирдманов, так это прятаться или подкрадываться. Викинги в этом деле тоже были мастаки, но местные — лучше. Санёк с удовольствием научился бы так же. Даже некоторые приемы подсмотрел, с постановкой ноги например. Но главное было в том, как дикари двигались. Бесшумно и мягко, но не непрерывно. Сделает полшага и замрет. Потом еще полшага. И все время следит за жертвой. Только та отведет взгляд, дикарь отлипнет от дерева — и уже в другой позиции.

Мастера.

А викинги расслабились. Жизнь легкая и приятная. Во всех отношениях. Опасностей нет. Поклоняются как богам, что тоже приятно щекочет самолюбие.

Так что, когда ярл собрал хирдманов и объявил: «Через три дня уходим», — многие огорчились. Но, понятное дело, возражать не стали.

— Мы должны отобрать трэлей, которых возьмем с собой, — сказал Хронир. — Кетильфаст, займись.

— Ярл, я не уверен насчет трэлей, — пробасил кормчий.

— Что так? — нахмурился ярл. — Чем они плохи? Сильные, здоровые, покорные, что тебе не нравится?

— Всё так. Сильные, здоровые, покорные… Но — покорные нам. Я бы не назвал их мирными людьми. И они любят свободу.

— Думаешь, будут бунтовать?

— Думаю, они способны на большее, чем стать рабами. Некоторые из них — точно. Они смышленые, быстро учатся, довольно послушны и при этом умеют убивать.

— Говори прямо, Кетильфаст! — потребовал ярл.

— У нас мало людей, — сказал кормчий. — Мы можем купить драккар, но нам некого сажать на румы. Эти дикари сильные. Их можно научить воевать, я уверен. И они смогут грести.

— Они — трусы, — брезгливо произнес ярл. — Когда Ворчун резал их сородича, они отворачивались и плакали.

— Они не привыкли. Зато тот, кого резал Ворчун, разве он попросил пощады?

— Да он орал так, что я едва не оглох! — вмешался Ворчун.