— Дядя потом сказал мне: признай меня конунг, меня, скорее всего, убили бы по-тихому, — продолжал Санёк. — Но это он сказал, когда я уже дома жил.
— И когда же ты попал в Гардарику? — спросил скальд.
— Через четыре года после рождения, — ответил Санёк. — Мой дядя Стейн Желтобородый нашел сестру и забрал домой. Ему пришлось сделать конунгу богатый подарок, но он не беден, мой дядя. У него несколько кораблей, которые ходят не только на север, но и на юг. Так что по рождению и воспитанию я — словенин, и в этом я был честен. Но еще я — ублюдок. Человек, у которого нет отца. И когда я назвался сыном Берга, это была ложь. («Прости, папа!» — мысленно добавил Санёк.) Но я боялся, что ты не возьмешь меня, если узнаешь правду.
— Как звали конунга, который обрюхатил твою мать? — сухо спросил Хрогнир.
— Олав. Его звали Олав. Я смутно помню, как называется его земля, но учти: мне было четыре года. А когда я вернулся домой… У нас не говорили о нем. И моя мать не отвечала на вопросы о том, кто зачал меня.
— Вот! — воскликнул Торд Сниллинг. — Я же говорил, что он — нашей крови!
— Погоди, — прервал его ярл. — Ты не назвал землю, которой правил тот конунг.
— Эстфольд, — совсем тихо проговорил Санёк, надеясь, что не переигрывает.
— Эстфольд… — проговорил ярл задумчиво.
— Теперь ты выгонишь меня, Хрогнир-ярл? — обреченно спросил Санёк.
— Почему ты так думаешь?
— Я — человек без рода. Ублюдок. Я недостоин стоять с вами в одном строю и…
— Глупости! — перебил ярл. — Ты не безродный, раз дядя принял тебя в род. А что до отца… Теперь я — твой ярл, и я принял тебя в хирд. А по нашему обычаю это что значит, Торд Сниллинг? Скажи ему!
— Это значит, — торжественно произнес скальд. — Что теперь твой отец — Хрогнир-ярл!
Глава 35 Игровая зона «Мидгард». Александр Первенцев. Гибель вождей
Они наконец-то отправились.
На плоту стало тесновато. Пришлось даже часть имущества перегрузить на пару челноков, которые шли на буксире.
Новобранцев Кетильфаст сразу усадил на весла. Пусть на плоту — не настоящие румы, но навыки кое-какие приобретут. Новобранцы старались. Плот шел неплохо. А если еще и попутный ветер дул, то разгонялись километров до десяти в час.
За день проходили по сотне километров. На ночлег старались встать в местах впадения рек. Здесь было особенно много тростника, а в тростнике — жирные гуси, к которым викинги были неравнодушны. При таком избытке пищи все стали гурманами. В качестве приправ использовали разные местные травки и какие-то побеги, которые собирали новобранцы. На вкус побеги эти были как ревень. С жирной гусятиной — самое то.