В первую нашу встречу мне не удалось выяснить подробности, хотя мне и было безумно интересно, что же такое я обнаружил, однако теперь выпал второй шанс.

Проверил пульс, подвижность конечностей, полностью убедившись, что холодная испарина отступила и вновь открыл барьер. В этот раз мне прекрасно было известно куда стоит держать путь, поэтому сразу отправился на первый этаж. Болванчик в белом халате умер прежде чем успел покинуть медицинскую комнату, получив смертельный удар в район груди.

Я поднял кисть, окутанную желтой энергией, на уровне глаз наблюдая за тем, как по ней стекали струйки алой и всё еще горячей крови. Удар получился слишком сильным, и для себя, я в очередной раз сделал заметку, что стоит поупражняться в контроле своей мощи, чтобы не возник казус при случайных прикосновениях на улице. Пожмешь кому-нибудь руку, а её расплющит. Будет не очень приятно.

Отвлекшись от рассуждений, вернулся к насущным проблемам. Так, если не изменяет память, где-то здесь должен быть люк, ведущий в подвальное помещение.

У повторного использования иллюзорного барьера имелись и свои плюсы. Мне заранее было известно расположение и главное количество всех противников. Вещи оставались на своих в местах на момент новой активации, и в теории можно было отрабатывать один и тот же сценарий множество раз.

Проблема заключалась в том, что уже после первого захода, я либо выполнял поставленную задачу, либо попросту становилось скучно. Это если не считать тех раз, когда меня не разрывали на куски маленькие азиатские девочки, лежащие в медицинских капсулах. Оторвал кусок трубы в углу, заточил её с помощью вытянутой в клинок энергии и принялся стучать по бетонному полу. Поначалу ничего не происходило, и пришлось усилить удары, чтобы эхо и вибрации разносились как можно дальше.

Наконец в ответ раздались глухие звуки, очень похожие на попытку человека выбраться наружу. Несмотря на то, что мне было известно дальнейшее развитие событий, местные смогли довольно неплохо замаскировать люк, ведущий в подвал, и когда тот попал в моё поле зрения, было уже поздно.

Одаренный выпрыгнул словно носорог, пробившийся сквозь стену. Его болванчик, как собственно и остальные привычно выделялись особым уровнем агрессии и крайней тупизной. Уже зная, что произойдет, подловил его в полете, полоснув по ноге и практически отрубая её, выпуская из бедренной артерии бьющую фонтаном кровь, а затем с разворота, ударом ноги отправил его тело в полет. Перехватил трубу поудобнее и широко размахнувшись, бросил.

Болванчик, широко раскрыл глаза и рот от удивления, и труба прилетела точно в открытую пасть. На мгновение могло показаться, что он пытался что-то произнести, но острозаточенный кусок стали помешал сделать ему это.