Я засунул руки в карманы и подошёл к ним. Тот сектант, что был младшим, сразу же встал с лавочки и принялся бродить вокруг, напоминая цепного пса. А я присел на его место, обратив внимание, что от старшего пахнет дорогой туалетной водой.

Он глянул на меня строгими серыми глазами и предложил:

— Давай на «ты»?

— Можно, — пожал я плечами, наблюдая краем глаза за его коллегой.

— Так вот, Роб, расскажи-ка о том, что стряслось в твоём городе, — попросил сектанта, закинув ногу на ногу.

— А может, ты сначала выложишь то, что хотел сказать о моей семье?

— Хорошо, так даже будет лучше, — покладисто сказал тот. — Твоя семья издревле сотрудничает с нашим орденом. У нас одна и та же задача. Мы защищаем наш мир от порождений того. Ты с ними уже встречался и понимаешь о ком я. Не так ли?

— Ага, — кивнул я головой, пока ещё не решив: откровенничать с ним или нет?

— Все сказы прибыли сюда с одной целью — им нужна энергия. Тут они могут напитаться ею и жить вечно. Если сказы не будут подпитывать хотя бы раз в сто лет, то они умрут от старости даже в родном мире. А в этом — их вообще убить невозможно.

— Как невозможно?! — вскрикнул я, выпучив глаза. — Мне же тут довелось завалить парочку…

— Ты их не убил, — с лёгкой улыбкой произнёс сектант, склонив голову к плечу. — А всего лишь развоплотил. Ты отправил их в родной мир, лишив львиной доли силы, но они могут вернуться оттуда.

— Вот оно что, — обомлел я, некультурно открыв рот.

— Угу. Кого из них ты отправил назад?

— Серого Волка, Бабу-ягу и Чёрного Ворона, — старательно перечислил я, после чего торопливо добавил: — А кота Баюна завалило Лихо Одноглазое.

В глазах сектанта что-то дрогнула, будто бы мелькнул какой-то страх, но в следующее мгновение он снова глядел на меня предельно дружелюбно.

— А ты хорошо постарался, — похвалил меня собеседник, похлопав по плечу. — Кто ещё остался в Грязьгороде?

— Снегурочка, Чертёнок, Лихо Одноглазое и всё, — проговорил я, не став упоминать отца Леонтия.

Но член ордена сам вспомнил его:

— Ещё есть некий батюшка, который рьяно строит храм, чтобы добывать энергию из тех людей, что примут его веру.

— А он из какой сказки? — спросил я, раз уж пришлого всё равно вычислили.

— А у тебя нет никаких предположений? — проговорил мужчина, улыбаясь краешками рта.

— Неа.

— Знаешь, кто такой Алёша Попович? Так вот батюшка его отец, — огорошил меня сектант.

— Но ведь Алёша Попович во всех сказках защищал землю русскую, — протараторил я, выгнув брови дугой.

— То в сказках, а на самом деле — они все несут вред людям. Серый Волк убивал и поглощал страдания. Баба-яга питалась смертью дурочек, заключивших с ней сделку. Отец Леонтий пьёт силу тех, кто принял его веру. Чёрный Ворон высушивал пьяных. Лихо калечит людей. А Снегурочка отнимает энергию у стариков, чем гораздо быстрее доводит их до могилы, — горячо выдал мужчина, играя желваками и наморщив лоб.