Ярослава обмякла в металлических путах. По её щекам потекли слёзы.

— Что… что я наделала? — прошептала она, глядя на раненых. — Марков… Федя… я же могла…

Я ослабил путы, позволяя ей опуститься на колени. Северные Волки тут же окружили свою военачальницу, проверяя, в порядке ли она.

— Простите меня, — Ярослава смотрела на своих бойцов с ужасом. — Я… я думала, что снова там. В тронном зале. Думала, что вижу…

— Мы понимаем, капитан, — Марков присел рядом, прижимая окровавленную руку к боку. — Эта тварь лезет в голову, вытаскивает самое страшное на свет.

Я помог княжне подняться. Она пошатнулась, но устояла.

— Спасибо, — тихо сказала она, не глядя мне в глаза. — Если бы не вы… я бы убила своих людей. Тех, кто верит мне.

— Кощей бьёт по самому больному, — ответил я. — Никто не застрахован. Идёмте, нужно обработать раны ваших бойцов.

Четверть часа пролетела в бешеном темпе. Постепенно, метр за метром, улица за улицей, мне удалось погасить основные очаги безумия. Лорд, как и полагается грамотному врагу, врал, преувеличивая собственные возможности. Уж не знаю, что позволило ему накрыть сразу всю крепость, но вот давить без остановки он всё же не мог, как бы ни бахвалился.

Израсходовав больше восьмисот капель магической энергии, я сумел создать временные защитные барьеры в ключевых точках острога. Но я понимал — это лишь временная передышка. Стоит ослабить защиту, и безумие вернётся.

В доме алхимика я нашёл Зарецкого и Светова. Оба выглядели так, словно их пропустили через мясорубку — бледные, с кровоподтёками под глазами, руки мелко дрожали.

— Это кошмар какой-то, — простонал Александр, массируя виски. — Словно тысяча молотов бьёт по черепу изнутри.

— У меня есть теория, — хрипло произнёс Светов, с трудом фокусируя взгляд. — Заметили закономерность? Чем сильнее маг, тем мощнее воздействие. Простые Ученики отделались головной болью, Подмастерья, — кивок в сторону Зарецкого, — уже теряют контроль над способностями, а Мастера… — он не договорил, поморщившись от новой волны боли.

— Логично, — кивнул я, обдумывая услышанное. — Кощей бьёт по самому ценному ресурсу острога — магам. Выведет нас из строя, и защищаться будет некому.

— Но почему на вас воздействие слабее? — спросил Зарецкий, вглядываясь в меня воспалёнными глазами. — Вы же тоже Мастер, причём из сильнейших.

Я пожал плечами, не желая вдаваться в подробности о своём императорском прошлом и закалённой веками воле:

— Возможно, дело в специфике моего дара. Но это неважно. Важно другое — почему Кощей не использовал такое оружие раньше? Что изменилось?