Размышления о природе противника привели к мыслям о собственной трансформации. Кощей помнил мало — лицо женщины с тёмными волосами, запах хлеба, детский смех. Всё это было лишено эмоциональной окраски, словно выцветшие картинки. Он знал, что был человеком, знал даже, что у него было имя. Но какое значение это имело теперь?

Превращение освободило его. Больше никакого страха смерти, никакой боли потерь, никаких терзаний совести. Только ясность цели и абсолютный покой. Человечество страдало от своей природы — смертность порождала страх, эмоции создавали хаос, привязанности приносили боль. Бездушные были решением. Следующей ступенью. Освобождением.

Мир после победы будет совершенен в своей простоте. Единая воля, единая цель, вечный покой. Никаких войн, потому что некому будет воевать. Никакой боли, потому что нечем будет чувствовать. Только бесконечная гармония коллективного разума.

И Угрюм стоял на пути к этому будущему. Сначала острог казался лишь досадной помехой — небольшая крепость на пути к Владимиру, истинной цели этого похода. Но потом расчёт изменился. Два десятка магов высокого ранга в одном месте — невероятная концентрация силы. Каждый поглощённый маг превратит Низшего в Усиленного. Трое создадут нового Древнего. А сам воевода… его поглощение может дать достаточно силы для четвёртой трансформации.

Кроме того, базовая военная логика диктовала — нельзя оставлять укреплённую крепость в тылу. Любой стратег это знал. И Кощей, сохранивший и отточивший за века тактическое мышление, не мог игнорировать эту истину.

Но Угрюм был лишь одной из целей. Через общее сознание текла информация о десятках других битв. Гон шёл по всему Пограничью — десятки тысяч Бездушных атаковали человеческие поселения от Новгорода до Рязани. Не все отряды возглавляли Лорды — их было слишком мало. Но там, где командовали такие, как он, успех был практически гарантирован.

Он был генералом в этой войне, не главнокомандующим. Над ним существовала воля древнее и могущественнее, направлявшая потоки Бездушных из-за Грани. Именно оттуда приходили бесконечные подкрепления, но каждый такой прорыв, каждый Гон требовал колоссальных ресурсов.

Каждый павший человек или животное пополнял их ряды, но истинный источник лежал глубже. За туманной чертой, где пространство теряло привычные свойства, формировались новые легионы. Многовековая воля, старше богов и империй, ткала их и направляла в мир живых. Река, текущая только в одну сторону — от пустоты к поглощению, от смерти к не-жизни.

Его внимание вернулось к непосредственной задаче. Первые ряды Низших уже заполнили рвы своими телами, Усиленные карабкались по импровизированным мостам из павших. Защитники расходовали боеприпасы — вспышки выстрелов становились отчаяннее. Без магов им не продержаться долго.