В её исполнении казалось, что это было даже смешно! Я же внутренне содрогался. Да уж, весело: поломанная техника, простой и едва не порушенный коровник!

А вот Артём молчал. Пялился на Анну со щенячьим восторгом, только что слюни не пускал. Эх, тяжело быть подростком! Уже хочется, а ещё не дают, и даже не смотрят. Хотя иногда взрослым не легче. Живёшь в окружении умниц и красавиц, а столько условностей, что хоть на луну вой. Одну нельзя, другую нельзя, третью вроде можно, но почему-то ассоциация с бесплатным сыром возникает. Причём даже не в мышеловке, а в медвежьем капкане. Нет, ну нафиг. Хотя с личной жизнью делать что-то всё-таки надо.

Эх, то ли дело раньше! Моя способность запрыгнуть в открытое окно девичьей комнаты в общежитии, даже если оно на третьем этаже, делало мою студенческую жизнь насыщенной, яркой и весьма разнообразной!

Да-а-а… были времена.

— Граф, — отвлеклась от разговора Анна, когда я принёс к столу вторую партию, — шашлык выше всяких похвал!

— Рад, что он пришёлся вам по вкусу, — я выдавил из себя вежливую улыбку.

— Серьёзно, Илья, вы настоящий мастер!

— Благодарю, — кивнул я, хмыкнув про себя.

ㅤ

Не забыл я, конечно, и про Катю. Убедившись, что все сыты и довольны, а Анна под присмотром мамы, я прихватил с собой пару шампуров, нарезку овощей, свежий хлеб и отнёс наверх, в кабинет.

Зайдя внутрь, я увидел знакомую картину — Катя сидела за столом, склонившись над ноутбуком. Она была так занята, что не сразу меня заметила.

— Как дела? — спросил я, падая в своё кресло.

— Пока сама не понимаю, — не отрываясь от экрана, ответила она. — Кажется, мозги уже скоро вытекут из головы.

— А ты поешь, сделай перерыв.

— Шашлык? — Катя потянула носом. — А сколько сейчас времени?

— Да уже обед, — усмехнулся я. — И я не уйду, пока ты не поешь, так что давай, налетай. Ты такого нигде и никогда не попробуешь.

Дотянувшись через стол, я прикрыл крышку ноутбука, вынудив Катю вернуться к реальности. Заметив, наконец, еду, она сдвинулась к ней вместе с креслом.

— Это трофей Её… Анны? Ты прав, это эксклюзив! — она подхватила шампур и впилась зубами в ещё горячее мясо. — Мммм, а вкусно-то как!

— Прокопыч по какой-то секретной технологии мариновал, в ягодах и кореньях, с самого утра не отходил от мяса, пока я с нашей…гостьей няньчился, — вздохнул я.

Видимо, вся скорбь еврейского народа застыла у меня в глазах, потому что Катя даже жевать перестала, и в лице изменилась.

— Что она натворила?

— А почему ты решила, что натворила она? — расхохотался я.

— Да вот знаешь, жопой чую, — хмыкнула Катя.