Вот теперь она смутилась, но всё равно было видно, что ей приятно.

Эмма прибыла последней, как и подобает настоящей звезде вечера. Предельно короткое, насколько это вообще возможно, огненно-красное платье облегало её фигуру как вторая кожа, а глубокое декольте и открытая спина делали образ откровенно соблазнительным, даже провокационным. Каблуки добавляли роста, а в ушах переливались крупные бриллианты. Она выглядела неуместно дорого на фоне моей скромной усадьбы.

У наших мужиков при виде такой едва одетой красотки, похоже, голова закружилась, и кровь от мозгов отлила. Они пялились на неё так, будто впервые попали в стриптиз-бар, где вот-вот должно было начаться выступление. Честно говоря, мне и самому стоило некоторых усилий оторвать от сучки взгляд, а остальные и вовсе пропали.

— Извините за опоздание, — промурлыкала она во внезапно наступившей тишине. — Так трудно было выбрать наряд для такого особенного вечера.

Да можно было не трудиться и прийти голой — разница была бы не особо заметна. И вот чего, интересно, добивается? Или ей просто нравится, когда её раздевают взглядами?

Я заметил краем глаза, как неодобрительно поморщилась мать, и как переглянулись Катя и Шурка — в их взглядах мелькнуло что-то похожее на солидарность перед лицом общего противника. И только Лерка, дура, смотрела на Эмму только что не влюблёнными глазами.

В общем, все приоделись кто как мог, в меру своего понимания приличий. Тихон со Степаном даже галстуки откопали!

Когда все собрались, я поднялся со своего места. Разговоры стихли, всё внимание сосредоточилось на мне.

— Друзья, — начал я, поднимая бокал с вином. — Эта неделя выдалась невероятно насыщенной, но крайне продуктивной. Во-первых, я хочу поблагодарить каждого, кто участвовал в установке системы безопасности. Теперь наша территория надёжно защищена. Мы с вами начали строительство домов для беженцев. И сегодня мы запустили первый бизнес-проект — демоническое сафари. Возможно пока его выгода не очевидна, но вы меня уже немного знаете и понимаете — инвестировать я буду в первую очередь в свою землю. В наш общий дом. Но всё это было бы невозможно, если бы не ваша поддержка. За вас!

— За графа! — дружно откликнулись все присутствующие.

Мы пригубили кто вино, кто коньяк, и началось то, что можно было назвать светским раутом в миниатюре, если бы не присутствие наших деревенских мужиков. Вот кто действительно чувствовал себя не в своей тарелке, как рабочие из цеха, нечаянно попавшие на день рождения гендиректора завода. Но пара рюмок сгладили углы, частично компенсировав социальное неравенство.