— Вы великолепны, граф, — расхохотался Демидов. — Вам удалось удивить меня снова, а это и один раз очень мало кому удаётся!

— Постараюсь и дальше держать вас в изумлении, — парировал я.

— Знаете, теперь я верю, что вам это по силам! — ответил он.

Я чуть отстранил Катю, которая так и лезла к трубке, пытаясь узнать, что происходит. Между тем я ощущал, что князь Демидов говорил со мной совершенно иным тоном, чем до того. Он не доводил до моего сведения информацию, не выспрашивал что-то у меня. Онпросто разговаривал .

— Кстати, хочу уточнить, вам известна история дома Фрапен? — добавил он.

— Безусловно! — кивнул я.

— Что ж, повторяю, я в полном восторге! Надеюсь, мой ответный дар был не слишком скромным? Ведь ваша посылка просто не имеет цены!

— Мне очень дорого ваше доброе отношение, князь, — улыбнулся я.

— В дополнение к тому, что вы уже видите, — он перешёл на серьёзный тон, — попросите Катю проверить почту.

Мы попрощались и я положил трубку, а Катя, замерев, смотрела на меня.

— Илья? Ну что? Что случилось, о чём вы говорили с отцом? — спросила она нетерпеливо.

— Твой отец только что скинул мне миллион, — сообщил я задумчиво.

Но Катю это не слишком впечатлило. Она как будто чуть пожала плечами. Вроде как — миллион? И что?

Тут я вспомнил кто она. Ну да, для Демиовой миллион это не колоссальная сумма. Кто знает, сколько она тратила в сезон на обновление гардероба!

— Проверь почту! — вспомнил я, и Катя тут же вернулась к ноутбуку, защёлкала клавишами.

Я уже знал, что там, но всё равно волновался, пока она искала.

И тут Катя подняла на меня сияющий взгляд и расплылась в улыбке:

— Илья! Тут… о боже, это же ключи доступа к бирже! Отец прислал… ничего себе! Но как, за что? — восхищенно на меня глядя, спросила она.

Я пожал плечами:

— Видимо, ему очень понравился коньяк! Ну или не знаю, за красивые глазки?

— Илья, ну скажи честно… — и тут её осенило: — Глазки! Глаз души! Неужели ты его достал, тот артефакт⁈

Я только кивнул.

— Но как⁈ Где⁈

— Ну, где взял — там больше нет, — подмигнул я. — Ингредиенты оказались очень уж редкими.

— Шурка! — хлопнула Катя себя по лбу. — Она тогда ещё про серебро спрашивала! Она же артефактор, не отпирайся.

Тут по лицу княжны пробежали разные эмоции. Она будто бы злилась и в тоже время это всё её очень впечатлило.

А я сидел и ничего не говорил, ни да ни нет. Впрочем, и так всё было понятно.

— Чёрт, если она сумела это сделать, то она просто гений, — не унималась Катя. — Честное слово, я её сама расцелую при встрече!

— Вот Шурка-то удивится, когда ты кинешься ей на шею! — расхохотался я, представив эту картину.