— Потом поговорим, — сказал Герасимов, поднимаясь с кресла, — ну мы пошли, а Леночка остаётся, чтобы прояснить детали дальнейшего сотрудничества.

--

Короче так, друзья, вечером я созвал у себя в квартире совещание заинтересованных лиц, у нас одна комната всё равно же пустая, там и назначил это дело. В число заинтресованных вошли Инна, Алёна, Гальперина и ещё, слегка поколебавшись, я Вовчика зазвал, не помешает. Расселись они, значит, по стульям, табуреткам и диванам, а я выставил на стол, который в центре комнаты стоял, шахматы… ну да, вы не ослышались, здоровенные такие резные шахматы, даже не помню, откуда они у нас взялись. Каждая фигурка там была целым произведением искусства и весила не меньше ста грамм.

— И что всё это значит? — удивлённо спросила Гальперина, — ты нас будешь учить играть в шахматы?

— Нет, Елена Владимировна, — ответил я, — учить я вас не собираюсь, шахматы тут исключительно для наглядности привлечены, обозначить, так сказать, действующие фигуры на ситуационной доске. Вот например Славик у нас будет черной пешкой — его кто-то пожертвовал, чтобы достичь определённой выгоды.

— Интересно, — подхватила тему Инна, — а я тогда кем буду?

— Белой королевой конечно, родная, — в тон ей ответил я, — ты сомневалась что ли?

Август 1983 года, где-то между Ветлугой и Керженцем

Челыш съел шоколад мигом, раз — и нету ничего. Ну ладно, подхарчился, приятель, и молодец, а сейчас нам надо ещё узкоколейку найти. И в её последний вагон запрыгнуть. На север… хотя нет, скорее на восток — странные конечно извивы у мыслей моих освободителей, чтобы попасть на запад, они меня то на север отправляют, то на восток… может они и не собираются меня никуда вывозить? Но не будем о грустном, если уж взялся за гуж, не забудь сыграть туш…

Эти последние четыре километра мы за час одолели вместе с волком, лес тут в виде исключения попался светлый и без бурелома… ну как без — не совсем конечно, но мало чего на земле валялось. Черники море по дороге встретилось, но я принципиально ни одной ягоды не съел, дал себе такой зарок, пока не увижу железку, ничего больше не есть и не пить. Просвет между деревьями мы увидели одновременно — это открылся вид на заволжские… ой, на заветлужские дали дальние с крутого обрыва. Ветлуга это хоть и не Волга и даже не Ока, но река довольно серьёзная, под тыщу километров в длину и местами больше сотни метров в ширину. И правый берег у неё, как и полагается рекам, текущим в меридиональном направлении, был довольно высоким.

— Так, речку мы нашли, — сказал я Челышу, — слева наверно тут Красные Баки должны быть (вот хоть бы один раз посмотреть на эти баки, покрашенные в красный цвет — нет, не довелось), а справа Воскресенское. Теперь ерунда осталась, узкоколейку эту грёбаную обнаружить….