— Так это же замечательно.

— В смысле?

— Скажи всем, что у тебя пробудилась сила и это ты всех спасла. А я ни при чем. Мимо проходил.

— Я и собиралась так сказать, — произнесла она и быстро замахала руками. — Нет, нет, не подумай. Я не собираюсь присваивать себе все заслуги, но иначе к тебе возникнет очень много вопросов. А потом и к герцогу Шмидту.

— Все верно. Лучше всего будет сделать так, что это ты нас всех спасла.

— Ага, из меня прямо образцовая спасительница, — усмехнулась она, видимо вспомнив погибший в капище отряд.

— Не переживай. Теперь всё будет хорошо, — сказал я самую банальную, но подходящую моменту фразу.

Вскоре мы отправились по нужным координатам. Связь работала даже не через раз, а через десять раз, но периодически нам удавалось связаться с империей. Правда, только непосредственно с Юсуповыми. Закрытый родовой канал и какие-то там родовые приблуды.

А еще я понял, что пятая зона не просто так считается пятой. Уже через час мне пришлось запретить Урсусу атаковать, потому что он получал столько ран, что мой запас энергии приблизился к критической отметке.

После закрытия прорыва здесь стало гораздо безопаснее, чем раньше. Думаю, теперь это четвертая зона. И скромный Ярослав без лишних слов спас все наши задницы. Просто потому, что без сканера пробраться сквозь эту толпу тихо не смог бы даже я.

С десяток раз пришлось все же задействовать Урсуса, который отвлекал на себя ту или иную группу жуков, после чего сваливал в маскировке. Сами же мы подрались всего дважды. В первый раз нарвались на мобильную группу кузнечиков, которые проносились мимо. Только эти были здоровые и сиреневые. Но с ними мы справились.

Второй раз нас обнаружили раньше, чем мы их. Такое ощущение, что у Роя тоже есть какой-то тип жуков-сканеров, но мы его так и не нашли.

До нужной точки к вечеру мы, разумеется, не добрались. С нашими короткими перебежками и крюками получилось лишь к утру. И то лишь потому, что последние километров десять мы шли на расслабоне, поскольку вокруг не было ни одного жука.

А не было их потому, что все сражались с гигантским, мать его, дирижаблем. Окованный металлом, сияющий энергетическими щитами, плюющийся из огнеметов и пулеметов, а периодически еще и огрызающийся ракетами, дирижабль нещадно аннигилировал всех жуков в округе.

— Ты же говорила, что дирижабли тут не летают? — спросил я.

— Этот летает где хочет, — усмехнулась Елена. — Гордость рода. И стратегический резерв империи. Любое повреждение этой громады влетит роду в копеечку.

— Ну вот, получается, любят тебя в семье.