Похоже, она сама не знала, что так может, пока я не приказал ей. Зато теперь точно знает. А раз так, то убить ее надо одним ударом, иначе я ее в жизни не выковыряю оттуда. А как только тварь поймет, что может спокойно перемещаться по изнанке мироздания, то… тут даже Безымянная бы решила, что в этом мире ей ловить нечего.

— Так, слушай меня внимательно, дважды повторять не стану. С этого момента ты подчиняешься мне и делаешь лишь то, что я скажу. Существовать будешь исключительно в изнанке, выходить можешь лишь с моего разрешения. Любое неподчинение приказу — и… Я сделаю все возможное, чтобы окончательно тебя уничтожить. Все понятно?

Пиявка не шевелилась, но и свалить или атаковать не пыталась. Страх смерти у этих существ вроде бы не сильно развит, если вообще развит. Но это лишь потому, что у них не было и жизни как таковой. Однако конкретно эта особь уже вкусила прелести материального существования, так что мои угрозы оказались более чем весомы.

Я снял с шеи шнурок, на котором висели медвежий клык и отрезанный мизинец. Вытянул руку так, чтобы пиявка могла их разглядеть.

— Если вопросов нет, воспроизведи руны на двух отростках и один отдай мне.

Через мгновение мой шнурок пополнился тонким извивающимся щупальцем, а плоть пиявки теперь содержала связующий рисунок. Точно тот же фокус, что и с рукой. Нормальное у меня ожерелье уже. Вряд ли у кого из Курьеров было подобное.

— Отныне твое имя Хиса, — решил я не выдумывать и просто сократил то, что уже было. — Пред лицом Амбера Всесоздателя и эгрегоров — именую тебя.

Таинство именования — не совсем ритуал. Я даже не уверен, что это вообще имеет хоть какое-то значение. Но среди Курьеров ходит такое поверье, что между именователем и именованным образуется некая незримая связь, как между родителями и детьми. Не знаю, может, как-то поможет укрепить контроль, может — нет, но хуже точно не будет. Да и звать ее постоянно пиявкой — такое себе.

Я попробовал дать мысленную команду, и теперь это легко получилось. Хиса послушно выполняла простенькие указания, так что я выдохнул окончательно. Сейчас она в своей минимальной массе, заставить ее уменьшиться будет трудно. Придется именно заставлять, а это может привести к неподчинению, которое в свою очередь перерастет в катастрофу.

Но и давать ей расти нельзя. Чем сильнее тварь будет становиться, тем выше риск, что я не смогу удержать ее под контролем. Ладно, разберемся. Главное, что начало положено и затык в моей связи с Потоком наконец исчез. А значит, я снова силен, могуч, красив, обаятелен, гениа… Ладно, остановимся на обаятельном. И никогда не будем вспоминать о том, как кое-кто забыл в пещере чудовище.