Но, кстати, Урсус и так вполне неплохо справлялся. Он уже имел опыт сражения с жуками пострашнее, пока мы выбирались с Еленой и братьями. Так что муравьев медведь просто втоптал в землю во всех смыслах слова. Только вряд ли от этих муравьев осталось хоть что-то полезное на продажу.

Хиса как раз закончила всасывать в себя остатки монстров, когда со мной вышли на связь ребята из отряда.

Сообщили, что в лагере какой-то переполох и все группы вызывают туда. Вроде бы ничего критического, но что-то явно случилось. Нас с Белой подобрали и повезли обратно.

В лагере обстановочка была странной. Все суетились, куда-то бежали, что-то делали, но при этом ни одна живая душа вообще не понимала, что происходит. К Алексею меня тоже не пустили, там было совещание с командирами. Но через двадцать восемь минут ожидания он все же освободился.

Вышел из палатки с остальными, на ходу раздавая приказы. Заметил меня, приветственно махнул рукой, но сначала все же закончил с делами. Наконец мы вдвоем вернулись в палатку.

— Падай, — устало показал Алексей на стул.

— Что за паника-то? Весь лагерь на ушах стоит.

— Да если бы я знал. Общий сбор, причем внезапный. Выдергивают всех из отпусков, из увольнительных, из командировок, даже из госпиталей выписывают тех, кто уже может сражаться. От меня требуют списки личного состава, чтобы сформировать отряды. Собственно, вопрос только по тебе остался. Ты как, все еще гвардеец его сиятельства? Если что, могу тебя списать в запас. Вернее, Григория.

— Я в деле. Если с жуками намечается какая-то заварушка, мне желательно в ней поучаствовать.

Пора уже закрыть этот вопрос раз и навсегда. К тому же у меня созрел отличный план, но для его реализации требуется не просто побить жуков, а бить их в первых рядах.

— Слушай… — Алексей устало потер виски. — Я ничего не гарантирую, но выглядит так, будто мы внезапно срываемся в полномасштабное наступление. Хотя по плану до него еще год, не меньше.

— И в чем проблема?

— Конкретно твоя? В том, что ты не командир, но довольно сильный одаренный. К тому же уже успел не только поучаствовать в секретной мисси, но и хорошо себя проявить.

— И? Скажи уже прямо, к чему ты клонишь?

— К тому, что тебя, скорей всего, засунут в самую жопу. Не в разведку боем, конечно, но в ударный кулак. Риски сдохнуть там… Ну очень высоки.

— За меня можешь не переживать.

— А я и не за тебя переживаю, — произнес Алексей, правда не очень убедительно. — Я за его сиятельство переживаю, у него с тобой связаны большие планы. Была бы его воля, ты бы вообще из охраняемого особняка не вылезал.