А швырял я эти сферы горстями, не жалея энергии, потому что сколько бы ни тратил, меньше ее не становилось. Кристалл продолжал перевариваться у меня в желудке, поток заемной энергии не прекращался ни на секунду, и она требовала выхода.

Так я и пролетел мимо отряда Елены. Краем глаза отметил, что девушка еле стоит на ногах, похоже совсем истощила запасы маны. Рядом Ярик с мечом в руках. А если сенсор взялся за меч, значит баста, это последний рубеж. С ними еще около десятка солдат разной степени свежести, и только Свят периодически врывается в бой, но даже он двигается довольно медленно.

Отряд Елены покрошил немало жуков, судя по тушам, которые были тут до нашего прихода. Нет, не так. Судя по холмам из тел жуков.

Я же пролетел дальше и успел как раз вовремя. Все было рассчитано благодаря обостренному пророческому глазу, так что, когда на гору хитина взобралась сколопендра, я был как раз между ней и отрядом. Я даже не особо напрягся, отбивая энергетический снаряд обратно — второй раз этот фокус провернуть было куда легче.

Плевок сколопендры снес ей же половину башки, а я решил спрыгнуть с Урсуса и продолжить бой на земле. Бита тоже должна получить свою порцию обнаглевших насекомых.

Медведь оставлял за собой пылающую вязким огнем землю — и сделал полный круг, беря отряд в кольцо, которое хоть немного, но защищало их. Так ребята получат небольшую передышку.

Хотел бы я сказать, что гордо пронесся по полю боя с заряженной битой в руках верхом на пылающем медведе. Ну вообще да, пронесся, но, скорее, как отвлекающий фактор.

Потому что на холме стоял опытный архимаг двух стихий и метал какие-то просто чудовищные шаровые молнии, которое с треском скакали от одного врага к другому, оставляя после себя лишь десятки обугленных панцирей.

А метал он их без остановки, одну за другой. Ладно, хотя бы со сколопендрой я затащил, а то у нее сопротивление к магии. Не факт, что Юсупов бы и с ней не справился, но я был первым.

Так-то дух Елены знал, кого надо звать. Объективно говоря, моих сил даже под кристаллом не хватило бы на эту орду, но я мог «слышать ветер», а Юсупов — нет.

В общем, к тому моменту, когда я закончил вминать голову последнего скарабея внутрь его же тушки, Юсупов успел расчистить три четверти нападающих. Огонь уже потух, отряд Елены добивал остатки, пока ее дед напряженно осматривал поле боя, не забывая при этом сурово хмуриться, сложив руки за спину. С таким видом он и начал спускаться с холма.

Я к тому времени уже подошел к отряду, чтобы оценить степень ситуации. К моему удивлению, из тех, кто был тут, все остались живы, правда выглядели… не сказать что очень хорошо.