— Что еще?

— Если тебе нечем заняться, можешь помочь в центре, — указал Федоров направление. — Там наши держат оборону, но просят помощи.

И правда. От обороны там только десяток моих розовых танков. Тех самых, которые я укрепил с помощью силы Амбера. И даже отсюда видно, что половина из них используется как куски металла, за которыми можно спрятаться. Потому что это все, на что они стали пригодны.

Моя розовая дивизия удерживала небольшую возвышенность в самом центре боевых действий. Не знаю, шел ли тут штурм непрерывно или это я так вовремя появился, но прямо сейчас к нашим позициям подбиралась группа явно сильных одаренных, а перед ними катилась вперед какая-то несуразица.

Похожая на приплюснутую, но очень широкую средневековую осадную башню, высотой с трехэтажный дом, только выполнена из металла, а из бойниц летят не стрелы, а пулеметные очереди.

— Федь, это что за инженерное чудо катится к моим ребятам?

— Осадная вышка.

— Я вижу, что это осадная вышка. Что она здесь забыла?

— В бою?

— В двадцать первом веке!

— Очень мощная магическая защита, толстая броня из напитанного энергией металла. Внутри помещается до полусотни одаренных, обычно физовиков ближнего боя. А прикрывают ее дальнобойные маги. Хотя тут вопрос, кто кого еще прикрывает.

— Ого… Так это же прекрасно.

— В смысле?

— Все, пока.

Усиленный скачок теперь был не на жалкие пару сот метров, а на километр. А если постараться, да под временным усилением, то можно и еще дальше. А также усиление пространственного глаза позволяло мне ненадолго фиксировать свое тело в пространстве.

То есть я мог «зависнуть в воздухе», но на самом деле я просто нарушал законы физики и замирал в той точке, в которой хотел.

Этого времени мне хватило, чтобы призвать Иглу, запитать ее пламенем искры, запитать свое тело пламенем искры, окутаться плотной энергией Потока, окутать Иглу энергией Потока, окутать это все пламенем…

Короче, в небе над осадной башней внезапно появился сгусток пламени. А затем, сначала игла ударила вертикально вниз, пробив все магические и не магические барьеры, а затем и я сам, подобно пылающему метеору, ударился оземь.

Кстати, несмотря на окутывающий меня плотный Поток, было все равно довольно больно прошибать своим телом стальные перекрытия. Но я справился. Осадная башня медленно начала заваливаться набок и чадить дымом. Внутри хватало того, что могло взорваться и загореться, а потому оно взорвалось и загорелось.

Но мне, объятому духовным огнем, было все равно. Из покореженного нутра башни я выбирался уже верхом на Урсусе. Мы забрались на покореженный остов башни, Урсус поднялся на задние лапы и взревел.