… — Прости, Эди, — мама, явно чувствуя себя не очень ловко, избегала смотреть на сына.

А тот так и сидел, не шевелясь, в том самом кресле, куда его посадили вначале. Находились они, кстати, на территории маминого поместья. Точнее, родовой усадьбы Рода Сейтис. И так никогда не бывший большим, род теперь состоял ровно из двух членов. А сама усадьба уже долгое время была этаким загородным домом.

— Я хотела тебе рассказать, — Сабрина теперь уже бывшая Велакрус, поморщилась. — Но никак не могла решиться.

— Поэтому просто поставила перед фактом? — сиплым голосом спросил Эдмонт. — Я не понимаю, зачем ты вообще это сделала?

Он посмотрел на мать. И та явно смутилась.

— Мама? — неверяще спросил парень.

— Да, я встретила другого мужчину, — твердо заговорила Сабрина. — И поэтому считаю себя более не вправе пользоваться именем графа Велакрус.

— Это когда ты успела встретить другого? — недоуменно спросил Эдмонт.

Сабрина вздохнула. Помялась.

— Мама? — напомнил о себе парень.

А потом он вспомнил, какой ранг она имеет. А далее сопоставить, кто еще имеет сходный ранг, находится рядом и мужского пола, труда не составило. Мастер Шенфарус, мастер Эллиус, мастер Хонгвар Орвэйр (зав.кафедрой Террамор и декан Земляного направления, весьма пожилой мужчина). Еще мастер Цевитос (Гариан Цевитос — сын Марна Цевитоса).

А потом Эди вдруг вспомнил, что сейчас в Академии находится еще и магистр мужского пола. Сначала он отогнал эту мысль, как крамольную. Но чем больше думал… Тайфол вообще не парится с возрастом. Достаточно вспомнить Саэту Айфолен. Потом Эдмонт посмотрел на мать. Нет. Не. Не может быть! Как? Когда⁈

— Мама… — голос парня дрогнул. — Ты же… Это же не…

— Это Аринэль Тайфол, — глухо сказала Сабрина.

Эди словно окаменел. Он в шоке смотрел на мать. А та черты лица той сделались острыми.

— Это не то, что можно подумать, — глухо, но четко заговорила женщина. — Я не собираюсь прыгать… в общем… Дерра! Эди!

Сабрина, сощурившись, посмотрела сыну прямо в глаза.

— Это случилось не потому, что я этого искала, — твердо произнесла Сабрина. — И я не собираюсь это продолжать. Но и быть неверной женой, пусть и чисто на бумаге, я не желаю. Поэтому…

Она обвела жестом стол, где подписывались документы. А Эдмонт несколько мгновений пристально смотрел на мать. А потом со свистом выдохнул сквозь сжатые зубы.

— Он отверг тебя? — чувствуя, как в груди начинает подниматься ярость, спросил парень.

— Я и не спрашивала его о чем-то таком, Эди, — ответила женщина. — И то, что произошло, от нас практически не зависело. Ни Аринэль, ни я, ничего не собирались делать.