Устало потер глаза.

Если оставить их умирать, и моя маленькая попутчица об этом узнает, то не простит.

С одной стороны — да и хрен бы с ним, но с другой — не знаю почему, но мнение Кьяры было для меня важно, и не просто потому, что я не хотел, чтобы она видела во мне врага, а потому, что не нравилось видеть малявку расстроенной.

Скривился, как от зубной боли. Придется вытаскивать этих двоих.

Только вот как это сделать, я не имел ни малейшего понятия.

Странно, рынгасы довольно сильны, им ничего не стоило вдвоем разделаться с жителями деревни. Как они могли так легко сдаться на милость людей и почему не сопротивлялись.

А вот и ответ на мой вопрос.

Только сейчас заметил, что на шеях пленниц были застегнуты родитовые ошейники, а запястья стянуты мильтоновыми браслетами. Теперь понятно, почему они не смогли избавиться от пут и покромсать своих обидчиков.

Ограничители магии.

Тьфу, какой же я идиот. Чуть не схватился за голову от досады.

После того, как нас высадили на берег, ограничители были сняты, и попадав на землю, остались лежать у кромки воды. Наверняка к настоящему моменту они были смыты в океан приливом.

Почему я не додумался взять несколько из них с собой?

Подобные вещи могли бы пригодиться. Пленить врага, блокировать его магию… Эх-х, это же надо было так опростоволоситься.

В отличие от меня, кто-то из жителей этой деревни оказался более сообразительным.

Сейчас нужно было выяснить состояние пленниц. Если после снятия ограничителей, они смогли бы самостоятельно передвигаться, можно было попробовать убежать. Если же нет, то возникала проблема. Утащить незаметно двух рынгасов их под носом людей не представлялось возможным. Тогда необходимо было придумывать другой план.

Ха-ха… другой… у меня ни одного из них не имелось.

Вся затея казалась верхом идиотизма, но я все же шагнул в сторону женщин.

Подойдя к той, которая казалась наиболее вменяемой, заглянул в лицо.

— Рр-р-р, — послышалось в ответ и черные провалы вернулись вместо глаз, правда продержались недолго, всего пару секунд.

— Тихо, — приложил палец к губам, — просто молчи и слушай.

М-да, не вышло. Рангаска хоть и не стала кричать, но пронзила меня таким взглядом, словно прошлась лезвиями по мягкой плоти.

— Что тебе еще нужно, душегубец. Мало над нами поиздевался?

Оо-о-о, теперь понятно. Женщина знала Равила, образ которого я принял, и воспоминания, которые у нее возникали при взгляде на меня, не вызывали приятных эмоции, наоборот, тонкие черты лица исказились от горя и ярости.

Ясно, этот ублюдок оказался одним из мучителей рынгасок.