Замечательно, значит еще поборюсь.
Крепко зажмурился, а затем вновь открыл глаза, обводя мутным взглядом пространство.
— Уфф, рано обрадовался, — пробормотал себе под нос, осознавая, что лежу привязанным к алтарю, и ритуал жертвоприношения уже начался.
Чуть приподнял голову и заметил торжественно вскинувшую руки к небу жрицу, которая выкрикивала непонятные слова. Наверняка призывала Синару забрать мою душу.
Интересно, у нее есть ритуальный клинок наподобие того, что сейчас хранился в таверне у Сига? Или она меня обычным ножом резать будет?
Тихонько повернул голову из стороны в сторону, осматривая площадь и находящихся на ней людей. А жителей-то после сегодняшней ночи осталось совсем немного — всего шестеро и только один из них маг.
Кьяры с Герисом нигде не увидел. Если им удалось сбежать, значит моя жертва была не напрасной.
На небе уже занимался рассвет. Обычно, в это время жертвоприношения не проводили. Богиня получала энергию в полном объеме только в полночь, сейчас — ей достались бы всего лишь крупицы, ну и моя бессмертная душа.
Жрица не стала ждать следующей ночи, видимо опасаясь, что я могу еще чего-нибудь учудить.
Что же, если придется отправиться в чертоги Синары, так тому и быть. Может не так страшна Кровавая Богиня, как ее малюют, и мне удастся вернуться обратно? А если нет, то ведь и на Высшую сущность найдется управа. У нее тоже враги имеются. Если не подвергнусь полному развоплощению, то еще повоюю.
Глава 15
Жрица не стала использовать ритуальный клинок, забирая в него драгоценную энергию. Видимо решила оставить себя без подпитки, отдав все крохи до последней Богине.
Когда прислужница Синары подошла ко мне, глядя в глаза с маниакальной улыбкой серийного убийцы, я не стал дергаться. Просто не видел смысла.
Моя участь была решена, оставалось ее принять с высоко поднятой головой.
— Что даже пощады проситьт не будешь? — усмехнулась жрица.
Промолчал, не собираясь отвечать, чем быстрее она начнет, тем быстрее закончит.
— Как знаешь, — прошелестел голос женщины у самого моего уха, а в следующую секунду резкая боль на запястьях обоих рук дала понять, что эта тварь перерезала мне вены.
Липкая кровь полилась на алтарь, мгновенно впитываясь в камень, раскаляя его добела.
Я дернулся. Пытаясь избежать жжения. Мало того, что в доме мне не слабо досталось от огненного смерча, так еще и сейчас, жрица решила меня поджарить как поросенка.
Спину начало жечь, по рукам потекла кровь, заставляя меня с каждой секундой слабеть все сильнее.
— Странно. Не так я представлял себе смерть, — хмыкнул себе под нос, стоя на пыльной, песчаной дороге.