— Но ведь все сложилось к лучшему, сеньор!
— Но тебе было поручено не о будущем рассуждать. Тебе было сказано вовремя дернуть сраную веревку. А ты поторопился…
— Но я старался!
— Ни хера ты не старался, — буркнул я. — Раз я жив — значит, ты не старался. А раз ты здесь — на плоту со мной — значит, ты просрал еще одну вакансию. В буквальном смысле.
— Не понимаю…
— Убей ты меня, докажи свою полезность — и старый Мумнба, быть может, оставил бы тебя при себе. Сытное спокойное будущее. Редкие вылазки в город и вечера в кантине…
— Всю жизнь ловить рыбу на окраине и спать на вонючей подстилке? — рожу Сесила перекосило так сильно, что даже плот чуток курс изменил. — Не для это этого меня мама рожала!
— Да уж, — согласился я. — Не для этого. Рыбаком не каждый может стать. А вот лить понос в воду — каждый сможет. Тут ты и пригодился, да?
— Я еще поднимусь, сеньор! И поднимусь скоро! — он опять выпрямился, заулыбался, с силой заработал шестом, заставляя плот с плеском идти по ковру из красных водорослей. — Уже сегодня я начну! Верну все потерянное! И уже знаю, с чего начну!
— И я знаю, — хмыкнул я.
— Знаешь?
— Конечно, знаю. Ты предсказуемый, Сесил. И не умеешь сдерживать эмоции. То, как ты внимательно слушал наш с Рыбаком разговор, чавкая там, наверху, то, как ты сейчас поглядываешь на меня, когда думаешь, что я не замечаю… ты ведь уже решил меня сдать кому-то из своих весомых знакомых там, в городе. Ты уже понял, что чужак я явно непростой, говорю странные вещи, прибыл неизвестно откуда и везу на своем плоту неизвестно что. Ты уже представил себе, как вприпрыжку добегаешь до важного знакомого и ему, только ему и только в мохнатое ухо шепчешь важную инфу о подозрительном чужаке и его подозрительных разговорах с вроде бы исчезнувшем наконец с радаров старым телохранителем. Ты обязательно расскажешь, с радостными всхлипываниями и ухмылками, про то, что у старого Рыбака, оказывается, есть целый арсенал и подготовленные огневые точки там, на окраине, что у него где-то большая богатая кладовка и наверняка там найдется тяжелый мешок звонких песо. Так, может, старому Рыбаку пора поделиться? Ты уже представил, как тебя за это хвалят, дают приличную одежу, отсыпают сколько-то монет, и ты снова во весь опор несешься… нет, не к просранной тобой семье, чтобы поделиться с ними деньгами, а в ближайшую кантину, где тут же закажешь самую дорогую жратву с бухлом и начнешь всем вещать, что Сесил наконец-то вернулся, уже пригодился и вот-вот начнет подниматься все выше и выше…
— Я… — побелевший Сесил попытался выдавить из горла что-то еще, но не сумел и замер на носу плота неподвижным изваянием.