За распахнутыми дверями бараков царил сумрак, сквозь который едва проглядывались спящие в духоте полунагие обитатели, хотя многие предпочли избавиться вообще от всего. С развешанным постиранным бельем соседствовали свисающие с крючьев рыбацкие сети, к стенам прислонены различные инструменты, а чуть позже мне пришлось посторониться, чтобы пропустить догнавшую меня телегу с огромной бочкой, которую тормозили сразу трое мужиков с помощью трещащего от напряжения рычага. Следом вели двух послушных буйволов, окутанных облачками мошкары. Когда бочка остановилась, один из мужчин схватил лежащий на телеге шланг, другой откинул с каменного резервуара крышку, и внутрь хлынула вода. Сонные обитатели все видели, но никто даже с места не двинулся — тоже показатель.

Я подошел ближе, доставая из мешка давно пустую тыквенную флягу, взятую у Мумнбы, и мужик со шлангом сразу кивнул — наполняй. Налив до горлышка, я вопросительно глянул на него, но он лишь отмахнулся — шагай, мол. Отходя, я принюхался, сделал осторожный глоток и убедился — обычная пресная вода и достаточно чистая. Бесплатно. И откуда такая щедрость в тонущем в морской воде руинном городе?

За барачным городком, что напомнил мне давно оставленный Уголек, расположенный у стального зева Зомбилэнда, начиналась одна из портовых зон Церры. Местность пошла на понижение, каменные плиты медленно уходили под воду и наконец утонули, а дальше меня повела широкая деревянная дорога на сваях. Еще десяток метров по ней — и глубина вокруг выросла примерно вдвое, на воде запрыгали небольшие лодки, привязанные к сваям. Кое-где сидели старики с удочками и нахлобученными на лбы соломенными шляпами, больше занимаясь пивом и болтовней, чем ловлей. Я шагал дальше, легко расходясь с усталыми, но вполне довольными жизнью встречными, о чем-то спорящими, тащащими вручную и везущими на деревянных тачках разнообразные грузы, пока наконец не дошел до трапециевидной формы кирпичного чуть перекошенного здания с идущей по фасаду огромной трещиной, заделанной бетоном.

Здание со шрамом — мое. Сухой крытый док — огромные ворота в торце распахнуты, видны поддерживающие сохраненный верхний этаж и крышу сваи. Здание это я смутно помнил из прежних времен, и вроде как в нем было не меньше шести этажей. Под воротами видна побелевшая от соли металлическая кромка отгораживающей воду стены, а во внутреннем пространстве свободно разместились сразу три баржи. Две старые и вроде как на ремонте, еще одну только строят, и там больше всего суеты.

Покосившись на намалеванного много где однорогого красного быка, я пробежался глазами по стоящим у стены бездельникам и сходу вычислил среди них неплохо маскирующуюся охрану. Но подходить к ним, само собой, не стал, просто направившись к открытым воротам. Дойти до них мне не дали — от стены окликнул прижавшийся к ней задом широкоплечий парень в дырявой майке, серых шортах по колено и с нехилыми бицепсами, на каждом из которых был вытатуирован все тот же бык. На веревочной перевязи через плечо свисал мачете в ножнах.