Внизу нас ждал амфитеатр, где раньше проводились концерты и театральные представления. И еще одна лестница, что вывела нас из превратившейся во влажную рощицу каменной чаши. Сбив с пьедестала чью-то каменную жопу, мы развернулись и медленно вползли задом в раздавшуюся растительную шапку, что закрыла собой почти полностью разрушенное здания рядом с амфитеатром. Броневик остановился у стены, надежно скрытый крепкими корявыми стволами. Хорхе вырубил движок, и мы ненадолго затихли, вслушиваясь в ночную жизнь Мутатерра.

Птички встревоженно перекрикиваются, мелкие зверушки пытаются о чем-то договориться, кто-то подыхает под одним из колес… но в целом все тихо и с каждой минутой становится еще тише. Разбуженная нами ночь успокаивалась.

— Спим, — велел я, поудобней устраиваясь в кресле. — Я дежурю первым. Потом Ссака. А потом двигаем дальше…

— Есть.

— Принято.

— Компот?

— Всем компота с шизой, — кивнул я, сквозь ветровое стекло глядя на амфитеатр внизу. — И не забудьте закинуться белком, гоблины.

— Гостей ждать? — с зевком поинтересовалась ненадолго проснувшаяся Ссака.

— Обязательно, — оскалился я, опуская руку на приклад винтовки. — Обязательно… мы ведь так любим гостей…

* * *

Первые гости были не из тех, кого я ждал, хотя понятно, что без здешнего сброда дело не обойдется. След мы не маскировали, шумели изрядно и пусть двигались без освещения, все равно заинтересованные мутанты сыщутся и обязательно притащат раздутые жопы по следу одинокого броневика. Вот только я думал, что посланцы из Дублина-5 окажутся проворней — ведь у них все же техника, приборы ночного видения и все дела, от которых и я не откажусь. Потому и засели здесь…

Но пока что вместо автоматов, патронов и вещмешков с дублинскими пайками, мы получили двух ковыляющих мутантов, один из которых вез невероятно раздутую задницу на скрипящем сервировочном стальном столике.

Убедившись, что за этими нихера не разведчиками никто не вылез из черноты заброшенного здания, я покинул машину и, не скрываясь, неспешно спустился по земляному склону, мимоходом отметив, насколько влажная и плодородная здесь земля. Пусть присыпана нанесенным бурей песком, но он уже намок, превратившись в грязь. А под сорванным колесами броневика верхним пластом лишь жирная черная землица.

— Радует, да? — широко улыбнулся я мутантам, что замерли на краю амфитеатра в растерянности, пялясь на меня и явно пытаясь сообразить, что же делать дальше и откуда я вдруг взялся. — Поговорим?

— Гладкий сдохнет! — вякнул женским голосом тот, кто вез жопу на тележке и больше походил на застывший сгусток слизи, чем на разумное существо. — Ахулл, сосавший у Тирона, велел нам убивать!