— Хочешь, на тебе проверю?

Багрянка поднял руки и быстро отошёл от меня на пару шагов. Но всё равно не перестал улыбаться. Да и Сёма весь буквально светился от счастья.

Вот как тут с ними и самому не начать лыбиться, как идиоту?

А ведь мне нельзя. На меня сейчас направлены десятки камер и ведётся прямая трансляция на всю империю.

А и плевать!

Реально круто получилось. Вон, как я разделал Мышкина. Даже ни одной капли крови не упало. Могу позволить себе улыбнуться от души. Да и моя улыбка сейчас наверняка выглядит гораздо страшнее любого оскала.

— Виктор Алексеевич, прошу прощения, но я обязан напомнить, что вам предстоит вторая дуэль. Вы готовы продолжить прямо сейчас, или необходимо время для восстановления? — влез Рублёв, обломав мне такой момент.

Эх…

Прислушался к себе. Применил пару рун. В принципе, подавитель уже не сдерживал мою настоящую силу. Да и грудь практически уже не болела. Как справляться со способностями Мышкиных, я уже прекрасно знал. Поэтому не видел смысла откладывать вторую дуэль. Всё равно перед ней опять будут все эти обязательные процедуры. Это минимум полчаса. За это время смогу восстановить практически всю растраченную энергию.

Как раз заявились медики, чтобы констатировать смерть моего противника. Правда, медики показались мне какими-то странными. Для чего-то они начали осматривать тело Мышкина, буквально прощупывая его всего. Словно им было непонятно, что послужило причиной смерти.

— Это люди Дружинина. — шепнул Илья, заметив мой интерес.

Тем более, непонятно для чего им вот так светиться, когда могли оттащить тело и спокойно досмотреть его, без посторонних глаз?

— Все назад! — заорал я, когда ощутил резкий выброс силы тьмы.

Всё же не зря мне показалось, что дар Мышкина завязан именно на тьме. Пускай князь каким-то образом смог спрятать это даже от меня, но после смерти уже ничего не утаишь.

Средства, благодаря которым он стал настолько силён, вступили во взаимодействие с тьмой, и та начала действовать.

Гбшники отреагировали мгновенно, бросившись прочь от тела Мышкина. Рублёв также не стал рисковать и исчез, а арену вновь накрыло защитное поле. Под которым остались я, Багрянка и Сёма. И остались в самый неподходящий момент.

Понятия не имею, так было задумано или просто одно наложилось на другое. Но своей смертью Мышкин активировал бомбу замедленного действия, и сейчас время подошло к концу. Ему удалось создать что-то наподобие посмертной техники. По крайней мере, именно так я это видел.

Из останков князя начали вырываться жгуты тьмы, оставляя после себя расплавленный, почерневший песок. И с каждым мгновением этих жгутов становилось всё больше. Багратион попытался атаковать тьму своим огнём, но он просто исчез, дав вырвавшейся силе подпитку.