Мысленно пожелав Рагхару, чтобы его «отдых» продлился ещё минут двадцать, я спросил:

— Что подразумевается под «определённой подготовкой»?

— Обычный отдых и полное спокойствие во время работы. Если меня будут отвлекать, то на положительный результат можно не рассчитывать. Сама операция, если процедуру ментального вмешательства в сознание можно назвать таковой, продлится от силы несколько минут. В своих силах уверен, ошибиться не должен. Вероятность неудачи менее одного процента.

Приблизившись к задней двери пикапа, я открыл её и, кивнув на младшего Росса, лежащего на сиденье, попросил:

— Прошу вылечить его, древний. В долгу не останусь, даю слово…

Скарг хитро улыбнулся:

— Уже всё сделано. Справился за время беседы, теперь нужно только ждать. Твой родственник скоро поправится. И станет прежним, без каких-либо блокировок памяти. Ты рад, Никита?

— Спасибо… — сказанное древним было неожиданным для меня, и я растерялся.

— Не стоит благодарить, было не сложно. Мы ведь союзники, помогать друг другу просто обязаны. — От Скарга буквально запахло добротой, он словно излучает её, и это начинает вызывать беспокойство. — Но, увы, помочь во всём я пока что не способен тебе, Никита. Ты хочешь спасти ещё одного своего родственника, которой попал в тюрьму благодаря тебе же. Отвечу отрицательно, спасти Михаила Росса нам пока что не под силу. Варианты спасения имеются, но все они не настолько хороши, чтобы идти на неоправданный риск. Как только хороший способ найдётся, я тут же сообщу тебе о нём. Договорились?

— Договорились, — буркнул я, уставившись на Витю, что-то пытающегося донести до меня жестами. Его поведение Скарга тоже озадачило, перемена слишком масштабна. Интересно, чего ожидать в ближайшем будущем? Смерти? Не удивлюсь, ведь вероятность, что доброта древнего может вмиг улетучится, и её сменит ярость, достаточно высока.

— Вы боитесь! — древний, глянув на Витю, а затем опять уставившись на меня, засмеялся. — Нет, и снова нет, опасения напрасны. Я не стану вас убивать, незачем мне это делать. Моё странное поведение вызвано осознанием кое-чего масштабного, вот и весь ответ. Вы тут вообще ни при чём. А вот то, что зовёте древним городом-горой, очень даже причём! Умник, если бы вы только знали, кто он на самом деле. Я знаю. И даже мне страшно, ведь всё на самом деле оказалось гораздо более сложным. Сложнее, чем мы думали. Гораздо сложнее…

* * *

— Час назад, товарищ Ермаков, наши дела были чуть лучше, чем сейчас… — Витя, хмурый и растерянный, слонялся вокруг пикапа и делал вид, что занять делом. — У нас был берсерк… Берсерк, мать твою, Никита! Да, много раз потрёпанный, лишившийся своей зверушки, сильно подавленный действительностью, но всё равно полезный, ведь с ним можно было вообще не боятся местных тварей. Берсерк, повторяю в который раз! И добавляю — ещё совсем недавно элитный! Эх, а теперь его нет, просто ушёл, и не сказал даже словечка на прощанье… И да, это ещё не всё, стоит ещё напомнить, что помимо Рагхара у нас был, хоть и не долго, древний человек. Титан, чёрт побери! Вот с ним точно ничего не стоило бояться, любую тварь он мог силой мысли укокошить, элита среди всех элит… Эх… и ведь ни того, ни другого теперь, одни одинёшеньки остались… И всё это как обычно из-за тебя, Ермак…