— Эгегей! Я жив-здоров и даже не обделался! — крикнул я изо всех сил, когда меня воздушные струи перевернули лицом вверх.

— Да? А запашок идет! — хмыкнул кто-то справа.

— А вы рот прикройте и запашок перестанет идти! — тут же парировал я.

— Что? Как ты смеешь?

В следующую секунду воздушная подушка пропала. Я шлепнулся на холодный пол и тут же вскочил на ноги. Передо мной стоял высокий мужчина в черной хламиде. Его сальные волосы свисали до плеч, а унылый нос выдавался далеко вперёд. Острые глазки пытались прожечь во мне дырки, а бескровные губы слились в одну бледно-розовую щель.

— Здрасте, я студент факультета «Некромантии». Вот, сделал Шаг Признания! — широко улыбнулся я в ответ.

— Думаю, что это продлится недолго, — процедил мужчина, сверля меня взглядом.

О! Я люблю игру в гляделки! Всегда в неё выигрывал!

— А вы местный уборщик? — спросил я, ещё шире растягивая губы в улыбке.

— Дерзкий мальчишка! Да как же ты посмел говорить такие вещи? — ещё больше побледнел черноволосый. — Я сейчас из тебя выну душу и превращу в послушного раба!

— Ну и глупо, — хмыкнул я в ответ. — Мучить бездушного раба — удовольствие так себе. Вроде и орет, а без души… Без огонька… Никакого удовлетворения.

— Хм… Определенный смысл в твоих словах есть, — нехорошо улыбнулся черноволосый. — Что же, я сделаю тебя «любимым» учеником…

Во как! Всего лишь несколько секунд прошло после Шага Признания и вот я уже любимый ученик!

Я подмигнул в ответ и выставил большой палец. Так меня научил делать Мишка, когда я захочу одобрить кого-либо или же его действия. В ответ черноволосый снова скривил губы в улыбке.

Вероятно, этот человек слишком сильно спрятал сарказм в своих словах, что я его не почуял сразу…

— Яй-яй-яй-яй! — раздался сверху крик, а потом на воздушную подушку рухнула Нина.

— Ух ты, круто! Давайте ещё раз? — гаркнула она, когда воздушные струи переместили её на твердую поверхность.

Да, на этот раз она плавно опустилась на ноги, а не шлепнулась на задницу, как это сделал я. Воздушные потоки ладонями великана бережно поставили её на пол.

— Как ощущения, Аркаша? — спросила она. — Знаешь, а ведь ты первый простолюдин, который сам и по доброй воле сделал Шаг Признания. До тебя никто ещё не рисковал шагнуть первым. Скажи, ты знал о том, что не разобьешься?

— Нет, откуда мне знать? У меня нет ни одного знакомого, который бы здесь учился, — сказал я чистую правду.

Ну а в самом деле — какой из моих знакомых будет учиться в той академии, где студентов разделяют на существ первого и второго сорта? Это изначально неверный подход. С таким подходом всё дальше и дальше будет разрыв между аристократами и простолюдинами.