Душа, бессмертная Искра что живет сейчас в теле Аора Вина, выбрала себе путь паразита. Вышвырнула душу прежнего владельца тела и заняла освободившийся носитель. Не могу не признать, что это тоже путь, причем такой, который уверенно может сохранить воспоминания о прошлом. Иметь такие воспоминания очень удобно для выживания. Но насколько это правильно? Я точно знаю, что в обществе полным-полно людей, которые не заслуживают того чтобы продолжать оставаться на этом свете. Отвратительные создания, преступники, маньяки, садисты, убийцы. Некоторые из них получили заслуженную кару и обречены пожизненно сидеть в тюрьмах, влачить жалкое существование на каторгах. Иные приговорены к смертной казни, и нет сомнений в том, что приговор будет приведен в исполнение.

Вот тут бы и мог появится я. Неполноценный, роботизированный носитель ошметков бессмертной Искры, который очень нуждается в донорском теле. Чем не план? Осталось только найти подходящего донора, как сказал бы Аор Вин. В этом смысле он без сомнения прав. Утратить воспоминания для меня как для личности, это весьма серьезная потеря. Существует круг перерождения или нет, я об этом никогда не узнаю, если по условиям самого факта перерождения я утрачиваю воспоминания. С моей стороны было бы глупостью не собрать информацию на этот счет. Если об этом знал бывший отпрыск имперской династии, а ныне успешный и амбициозный лидер беженцев, которые очень планомерно формируются в отдельный человеческий вид. В империю, не побоюсь этого слова. И шансы Аора сформировать собственное государственное объединение очень велики. Другой вопрос, что мне с ним не по пути. Я и так существовал с ним в тесном симбиозе все то время что провел в Содружестве. Фактически разделил с ним свою память, свой опыт. А вот мне от него ничего не досталось, только то, что он сам рассказал. Это говорит только о том, что в том странном тандеме я был ведомым, неполноценным. Да, бывший владелец тела в буквальном смысле позволил мне воспользоваться его живым носителем, но не упустил шанса, когда появилась возможность позаботиться о себе.

Я сейчас в еще более невыгодном положении чем, когда предстал перед Хранителем. Да, я избавился от пристального внимания сильных мира сего, но у меня нет живого тела, которое как мне все-таки кажется является ключом к полноценному существованию. Я уже сейчас рассматриваю людей как неполноценных, уязвимых, зависимых от внешних факторов. Чуть позже, когда я окончательно утрачу все то человеческое, что во мне еще осталось, я действительно превращусь в бездушную машину, для которой человеческая жизнь перестанет представлять хоть какую-то ценность.