— Может смахнемся как мужики? — прохрипел я, харкая кровью. — Латной перчаткой связанного бить любой может.

— Великий недоволен тобой. По прибытии в столицу тебя будет ждать наказание, так что не рекомендую усугублять ситуацию.

— Да ты узбагойся, — хохотнул я, вся ситуация почему-то меня забавляла. Но скорей всего это истеричное, на фоне истощения. — Нормально же общались.

Я пару раз вдохнул, чтобы привести мысли в порядок. А заодно проверил, не сломаны ли ребра, но вроде бы обошлось. Я заметил, что после того, как наши сны с Неуязвимым начали сливаться, я стал вести себя неадекватно.

То есть еще более неадекватно, чем даже после омоложения тела. И если там еще можно было как-то списать на гормоны, то тут идеи заканчивались. Чужие сны явно влияют на ловца, в том числе и пойманные сновидения. Это я тоже успел проверить в Храме.

— Отвечай на вопросы, — тем временем продолжал главнокомандующий, или кто он там. — Будешь честен, и тебя накормят, напоят и окажут помощь. Будешь юлить, и путь до столицы покажется тебе адом.

— Зачем я нужен императору? — произнес я спокойным голосом, когда эмоции наконец отступили.

— Здесь не ты… — начал говорить дознаватель на повышенных тонах, но внезапно осекся. — Да, ваша светлость. Великий сообщает моими устами, что тебе оказана большая честь. Тебе будет дарована возможность принести клятву верности и служить самому императору, если окажешься достойным. Не может смертный мечтать о большем.

— Будем считать, что я проникся, — кивнул я, окончательно взяв себя в руки. — Терновая клятва, я полагаю? Если Кай оказался достойным, то требования у великого невысоки.

Второго удара я уже не выдержал. Сознание померкло, а знакомая тьма одним мгновением вычеркнула какой-то солидный промежуток из жизни. Очнулся я вновь от приятного запаха бульона и тепла, разлившегося по телу.

— Вам не стоит злить Глас императора, — произнесла целительница, поднося ложку к моему рту. — Тогда вам будет тяжелее добираться до столицы и вы можете быть без сознания в нужный момент.

— Интересно, в какой такой момент мне стоит быть в сознании? — попытался усмехнуться я.

Тело ныло и отзывалось привычной болью на любое мое движение. Похоже, я так и проспал привязанным к стулу.

— Вы любите галстуки? — внезапно спросила девушка. — Я вот не очень. Мне больше нравятся бабочки. Уверена, вам бы тоже пошла бабочка.

— Их носят клоуны.

— И мертвецы перед погребением, — ее голос стал холоднее. — Выбирать вам.

— Я тебя услышал, — кивнул в ответ и потянулся за новой ложкой бульона.

Бабочка как условный символ. Значит, сопротивление прямо посреди имперского лагеря? Впрочем, неудивительно. Армию собирали в том числе и в Эдеа, правда это скорее пушечное мясо, нежели армия. Но ловцов на свете не так уж и много, а целителей и того меньше, так что их услуги весьма ценны.