А еще эти каменные стены начинали давить на психику. Всего второй день в пещерах, а у меня уже начинает развиваться клаустрофобия. Такими темпами я и до местных монстров не дойду.

Второй день пути ознаменовался первым столкновением с представителями местной фауны. Или флоры? Все время путаю, зачем такие похожие названия делать?

Судя по виду, это был тот же представитель, что напал и на Бальда. Тощая обезьяна, тем не менее ростом была выше среднестатистического человека, если бы выпрямилась. Только вся спина у нее была покрыта шипами разной длины. От пальца до ладони.

И это было больше похоже не на ежа какого-нибудь, а словно ей в спину навтыкали кривых ножей. Клыки тоже были неровными и торчали в разные стороны, мешая обезьяне нормально сомкнуть челюсти.

Помимо длинных когтей на крючковатых пальцах имелись еще и острые наросты на локтях и предплечьях.

Появление противника мы предсказали заранее, я почувствовал ее во время транса. Так что и встречать гостя решили в пещере, заняв оборону. Обезьяна явно нас как-то чуяла, потому что рычать начала еще на подходе, но не остановилась.

Войдя в пещеру, осмотрела нас безумным взглядом и принялась рычать. Внутренним взором я разглядывал эфирные каналы и не мог понять, что происходит. У твари было два источника и, соответственно, две энергетических системы.

Они были тесно переплетены между собой, одна слабая и примитивная, похожая на те, коими обладают простые путники. То есть, если не знать, куда смотреть, то и не заметишь. Это даже источником эфира не назовешь, скорее просто естественное сосредоточение жизненной силы.

А вот другой был как раз сильным и доминирующим, взявший под контроль все естественные каналы. Никогда такого не видел, но сказал бы, что обезьяну захватили в плен инопланетяне и контролируют ее тело. Обезьяна-рептилоид.

Но даже Скверна работала иначе, влезая в структуру организма и перекраивая ее под себя. Гораздо проще изменить источник, чем попытаться взять под контроль.

Разглядывание и обмозговывание заняло у меня не больше пары секунд, которые обезьяна потратила на то же самое в отношении нас. С накинутым сном все чувства работают быстрее, включая и внутренний взор.

А следом тварь взревела, задрала лапы и вырвала у себя из спины два длинных шипа, схватив их на манер ножей. И это явно не было безболезненно, судя по хлынувшей из ран крови. Но ее это мало волновало, тварь бросилась в атаку.

В этот раз обошлось без моего участия. Долговязый принял удар на себя, оттолкнув тварь топором. Причем, несмотря на тощее тело, обезьяна явно не была лишена силы. Двое здоровенных парней атаковали с разных сторон.