Мы двинулись вперед. Долговязый с подранком, которому неизменно доставалось больше всех — впереди. Следом я, потом еще один пират замыкал наш небольшой строй. Вскоре в отдалении показался свет, так что мы потушили факелы и замерли.

Крови Саламандры оставалось около половины, так что масло тоже приходилось экономить. Спереди доносился шум, но конкретики было мало. Что-то тихое и непрерывное, не похоже на звуки обезьян.

— Что там? — полуобернулся наш везунчик.

— Да я понятия не имею. Но лучше быть наготове.

Пробирались чуть ли не ползком, вздрагивая от каждого шороха. На последнем десятке метров я даже активировал клинки, просто на всякий случай. А следом в лицо подуло свежим теплым воздухом с привкусом чего-то сладковатого.

И я наконец понял, что это за шум. Это деревья. Листья шуршат от легкого ветерка.

Мы выбрались из пещер на свежий воздух, но никто не пытался нас убить. Даже немного непривычно. Дышать сразу стало легче, моя развивающаяся клаустрофобия начала отступать.

— Знаешь, что это за место? — спросил я долговязого.

— Нет. Наши пути так далеко на юг не заходили. Похоже, какая-то долина среди скал. Но деревья здесь странные, не такие, как на побережье.

Это я уже сам заметил. Вроде бы те же толстые стволы и листья, только все усеяно редкими шипами. Да и цветы распускаются вдоль стволов, при этом странных ярких оттенков. В остальном, вполне себе обычные джунгли, но что-то тут не так.

— Ребят, ничего не кажется странным? — спросил я.

— Да тут все странное. И не похоже, что люди сюда часто добирались. Думаешь ключ где-то здесь?

— Не знаю.

Я без понятия, как этот ключ может выглядеть и что он вообще такое. Может это карта. Может реально ключ. Но скорей всего какой-то артефакт, а значит, от него должно нереально фонить эфиром.

Учитывая, что в этом месте и так все фонит, то источник должен быть рядом. Мы двинули вперед, попутно осматривая окрестности. Деревья, камни, деревья, земля, деревья, листья. И снова деревья.

Это место казалось каким-то искусственным, высаженным вручную, хотя никаких явных признаков не было. Тут наш живчик хлопнул себя по шее, словно комара убил. Но когда он убрал руку, то она оказалась вся в крови.

Он вопросительно уставился на своего товарища и тут же завалился на спину с шипом, торчащим прямо из глазницы. Судя по положению, просчитать траекторию оказалось нетрудно.

— Они на деревьях! — рявкнул я, пригибаясь.

Шипы полетели со всех сторон, со свистом рассекая воздух. Над головами замельтешили тени, послышался шелест.

Накинуть сон Неуязвимого, отбить клинком летящий снаряд. Реальность замедлилась, детали потускнели, оставляя главное. Все нарастающий гул. Что-то приближалось, причем со всех сторон одновременно.