Ольга обернулась к нему и резко, без предупреждения, всадила коленом промеж ног. Такой приём вмиг уложил Тимура на пол прямо в прихожей. Он хватал ртом воздух, лицо покраснело, и тихий стон оказался единственным звуком, который он был способен производить.

— Оль, ну зачем так? — Даже несмотря на то, что он был нашим врагом, во мне всё же взыграла мужская солидарность. — Можно было просто в глаз дать.

— В глаз? — удивлённо посмотрела она на меня. — Да не вопрос.

С этими словами она хорошим футбольным пинком впечатала ботинок ему в лицо. Теперь плюсом к боли в промежности у него хлынула носом кровь.

— Ой, прости. Я, кажется, промазала. — Ольга прижала руки к груди и снова замахнулась ногой.

— Хватит! — пришлось рявкнуть мне. — Потерпи немного.

— Как пожелаешь, — спокойно отреагировала она и прошла в комнату, которую мы оборудовали для допроса.

Было видно, что внутри у неё всё кипело. Не останови я её, так и забила бы Тимура насмерть ногами.

Я не осуждал. После того, через что они заставили её пройти, сам с удовольствием сделал бы то же самое. Но пока рано, нам ещё нужна его информация.

Валера и Дикий помогли Тимуру подняться на ноги и усадили на табурет, который стоял посреди комнаты. Ноги быстро привязали к ножкам, бёдра к сидушке, а руки выкрутили за спиной и хорошенько подтянули через крюк, специально закреплённый для этой цели в потолке.

Теперь пленник не мог нормально сидеть и уж тем более стоять, а боль в суставах наверняка перекрыла ту, что подарила ему Ольга в прихожей.

— Пусти, — вымученным голосом простонал он.

— Нет, — покачал я головой. — Это только начало. Сейчас ты будешь рассказывать нам всё, что знаешь о наблюдателях. Нам нужны твои боссы.

— Ты покойник, — оскалился он. — Информация тебе больше не нужна. Они найдут тебя…

Договорить он не смог, потому как Ольга слегка натянула верёвку, ещё больше выкручивая плечевые суставы. Даже табуретка слегка от пола приподнялась.

— Я могу долго и усердно тебя резать, — совершенно спокойным тоном продолжил я, — но как показывает практика, Тузик лучше других знает толк в причинении боли. Спрашиваю по-хорошему, один-единственный раз: где нам найти твоих боссов?

— Ты думаешь, я не знаю, что такое боль? — криво ухмыльнулся Тимур. — Ну давай попробуем поиграть по твоим правилам.

— Можно, — произнёс я всего лишь одно слово, и наш питомец взялся за дело.

Вначале Тимур орал, да так громко, что, казалось, его слышали даже за пределами форта. Затем его голосовые связки, видимо, не выдержали нагрузок, и крик перешёл в хрип.

Ольга с улыбкой наблюдала за его страданиями, иногда помогая Тузику с выбором новой части тела, которая ещё оставалась неизжёванной.