— Не понимаю, — скривилась дочь, — зачем ты мне это показываешь? Ну, дадут Антонадо титул герцога, мне от этого никакого проку, и тащится с ним на край земли, я не собираюсь.

— Ты действительно не понимаешь? — Удивилась ее мать. — В данном случае сестра Партуса рассчитала верно, через Антонадо она бьет по тебе, а значит и по нашему дому. Винченца совсем потеряла стыд, она уже идет напролом, не обращая внимания на мораль. Думает, что загнала меня в угол и не понимает, что после этого я не могу пойти с ней на соглашение, иначе потеряю авторитет главы рода. Кроме тебя у меня и еще есть дети, и их будущее тоже решается сейчас. Винченца не остановится, если уступить ей сегодня, завтра она потребует больших уступок и наша жизнь превратится в ад. Если ей удастся сломать меня, то она будет думать, что сможет сделать то же самое и с другой знатью, а этого допустить нельзя ни при каких обстоятельствах.

— Значит граф…

— Да. В данном случае, я ничем не смогу ему помочь, по крайней мере, в ближайшее время. Только когда мы объединим усилия и создадим серьезную оппозицию королю, мы сможем вызволить его из гиблых земель. Но не в этом кроется основная часть проблем…, — поморщилась герцогиня, — тебе тоже придется отправиться вместе с ним.

— Зачем?

— Таковы условия игры. — Принялась Тимонда объяснять расклады своей дочери. — Как я и говорила, твои отношения с графом были востребованы сочинителями, по столице уже ходят рукописи, где ваша помолвка описывается исключительно в романтических тонах. Представь себе, какое разочарование наступит после ее расторжения? Нет, лучше мы представим обществу Антонадо как мученика, а если ты составишь ему компанию, то о Партусе вообще все будут говорить как о злобном короле, которому неведомы чувства.

— Но я не хочу ехать в гиблые земли, — вскинулась Оливия, — судя по слухам там жить невозможно, опасные твари подстерегают на каждом шагу.

— Слухи всегда несколько преувеличивают опасность, — отмахнулась герцогиня, — тебе лучше озаботиться подготовкой к свадьбе.

— Мама!

— А что мама? Я уже объяснила тебе все расклады, мы теперь не можем затягивать помолвку, надо решать, но расторгнуть ее сейчас — это признать поражение; продолжать делать вид, что ничего особенного не произошло, это дать понят, что чувств не было, и все поймут, что помолвка фиктивная. Остается заключение брачного союза, теперь нужно уговорить Антонадо, чтобы он дал согласие на брак, даже не представлю как, уж слишком велика у него к тебе неприязнь.

— Это не у него неприязнь, — засопела дочь, — это у меня к нему счет. И зря ты так беспокоишься, за деньги он согласится на все. Но нужно ли это нам?