Правда от подготовки меня отвлекли самым наглым образом, в столицу приехала Тимонда с Оливией, естественно все свои дела пришлось забросить и тащиться на разборки.

— Смотрю, ты не смог отказаться от «милости» Его Величества. — Сходу въезжает в ситуацию герцогиня.

— Там Винченца постаралась, — морщусь я, — все по закону сделано, отвертеться сложно.

— И что собираешься делать дальше?

— Ехать, — даю очевидный ответ, — моя задача добраться до замка и выбраться из него живым. Дальше по ситуации, если что-то можно будет сделать, делаю. А если все плохо, то по мере возможности пытаюсь спасти людей и забыть об этих землях до следующего лета.

Тимонда победно смотрит на свою дочь:

— Ты учись, учись — граф правильно рассуждает, не геройствует без нужды. Даже спасать себя не просил.

— А что, меня можно было как-то спасти? — Вмешиваюсь в семейный разговор.

— Трудно сказать, — пожимает плечами герцогиня, — но если бы ты разорвал помолвку, то шансы определенно появились бы.

— Они бы стали гораздо выше, если бы я пел серенады у двери Ее Высочества.

— Не обольщайся, — ухмыльнулась Тимонда, — место у ее двери уже занято. Там мастера петь серенады нечета тебе.

— Да я как-то совсем не страдаю по этому поводу.

Хм, а чего это герцогиня так на меня смотрит? И Оливия тоже все больше в сторону молчит, уж не угадал ли я, предположив, что Тимонда сама стала заложницей ситуации и отказаться от помолвки не может. Вот я попал. Говорила мне мама, не верь женщинам, обманут. И ведь обманывали в прошлой жизни…, а может быть, и нет. По этому поводу я всегда вспоминаю бессмертные строки: «Ах, обмануть меня не трудно!.. / Я сам обманываться рад!». Была все же надежда, однако сейчас становится понятно, что волею обстоятельств ни она, ни я стать инициаторами разрыва не можем. А значит, герцогиня потребует продолжение банкета.

— Антонадо, а ты слышал последние сплетни про тебя и Оливию? — Задает интересный вопрос герцогиня.

— Это вы про романы сочинителей? — Интересуюсь я, вопрос не праздный, единственный мой источник сплетен в столице это Виоланда, а он далеко не полный, так и хожу необразованный.

— Ну, да, — кивает Тимонда, — тут я виновата, упустила из виду, что жених моей дочери так и не был представлен членам нашего столичного клуба.

Ню, ню, так я и поверил об упущении из вида. Так там и ждут в герцогском женском клубе пацана с графским титулом, хоть бы сейчас не вешала лапшу на мои бедные уши. Видимо отношение к этому достаточно точно отразилось на лице, так как герцогиня сразу закашлялась, чтобы скрыть неловкость.