Первым зданием, пострадавшим от атаки, был как раз-таки бордель, потерявший половину пятого, шестого и седьмого этажей. Дыра в этом здании была самой большой и внушала немалый ужас. Многоэтажка, шедшая после него, имела уже не такие большие повреждения, но всё равно крайне серьёзные, а все последующие здания с каждым разом получали всё меньше и меньше урона.
— Что это было, интересно? Словно астероид упал, — оглядевшись вокруг, Милу активировала записывающие импланты и начала обещанную трансляцию на сервера местной новостной сети. Позже она обязательно откусит 20% своих гонораров обратно. За вредность… Похоже, работа обещает быть сопряжённой с огромным риском и не будет похожа на описанный жирдяем утомительный разврат.
* * *
Как только была активирована ретранслирующая установка, оборудование в глайдере загудело, набирая мощность, и через пять секунд произвела такую ударную волну, что тяжёлый грузовик заболтало словно погремушку, ударив о какой-то небоскрёб. Сам выстрел не обладал инерцией благодаря эффекту поля обнуления массы, но снаряд, вылетевший со скоростью в десять тысяч километров в секунду, произвёл столь мощную ударную волну, что в соседних домах энергетические экраны остекления замерцали от полученных повреждений, в последствии выйдя из строя. При этом почти мгновенно титановая болванка раскалилась до гигантских температур и пронзила шесть зданий, созданных из стали и минералов, к счастью, она очень быстро разрушилась в процессе от диких нагрузок. Если бы материал снаряда был более прочным, или дело происходило в вакууме, он бы легко мог пробить весь город насквозь.
В восьмиэтажке борделя раскалённый в облаке плазмы шар размером с голову младенца легко проделал десятиметровую дыру, расширявшуюся всё сильнее при приближении к выходному отверстию. Удар был такой силы, что часть помещений просто вырвало наружу, разметав по округе разнокалиберным мусором. Воздух, превращённый в плазму, и сталь, разогретая от механики удара, оплавили края сквозной раны, даже начав кое-где пожар. Люди, попавшие под столь жестокий прямой удар выстрела, мгновенно превратились в кровавый пар и налёт копоти на стенах уцелевших комнат. Лишь в одном месте в радиусе поражения оставалось шевеление — на месте бывшего бассейна борделя.
* * *
Когда Азраил пришёл в себя, первое, что он увидел, это корпус Ультиматума, изнутри которого капала кровь. Экзоскелет так вдавило в поверхность бассейна, что сам некромант еле сумел сползти вниз по стенке. Выблевав сгусток чёрной крови, он с трудом сориентировался в пространстве, начав ползти к краю образовавшегося обрыва. Мрамор и сталь по краям равной раны борделя дышали жутким жаром, и даже последние признаки воды из бассейна давно испарились. Рухнув на правый бок, Азраил, закусив от боли нижнюю губу, прижёг ошмёток правой руки о раскалённый мрамор. Оставшиеся сорок ОЗ просели ещё на десятку, но зато снизился дебафф кровотечения. Проделав то же самое с остатками левой руки, некромант отполз подальше от раскалённого обрыва, попытавшись прийти в себя. Около двух минут пришлось ждать, прежде чем его мозг хоть немного пришёл в себя, и он мог соображать на тему того, что вообще происходит. С трудом поднявшись, Азраил достал из инвентаря свой комплект экзоскелета и, используя голосовое управление, заставил его раскрыться. С трудом влез внутрь, рухнул, разумеется, на остатки пола в процессе, но сразу скомандовал мед. блоку о комплексной терапии медикаментами, и вновь ненадолго отключился. Когда паладин смерти пришёл в себя, ожоги с тела почти сошли, а руки уже были в процессе регенерации — препараты, как обычно, сильно разгоняли его статистику, позволяя выжить даже в таких дичайших условиях.