— Да что я враг своей дочери что ли? Музыке обучил, естественные науки она освоила, от матери всю женскую науку также переняла, что ещё нужно современной женщине⁈ Разве дело собственного ребёнка в войска заталкивать? Тем более такую девочку, как Лися, — Ганги даже немного обиделся такому ходу своей дочери. Азраил тоже хорош, взял и принял сторону этой маленькой чертовки! Но с адмиралом лучше не воевать, а дружить, глядишь, и в обратную сторону приём сработает, — Я просто не хочу, чтобы она подвергала себя лишней опасности! Сэр Азраил, ну хоть вы ей скажите, что не дело жизнью рисковать по пустякам! Я ещё внуков хочу понянчить в конце да концов!

— Хм, тоже верно. Лися может сделать счастливым, как минимум, одного достойного мужчину, а таким вопросом рисковать просто непозволительная роскошь — счастливых мужчин и так днём с огнём не найдёшь, настолько они редко встречаются. Так что для начала можем устроить ей расширенный курс по самозащите и владению оружием — дай бог не понадобится, но уметь постоять за себя, нужно. А уж потом все втроём решим, чем ей можно заняться. В конце концов в семнадцать лет нельзя думать только о родительских чаяниях и создании семьи — личная страсть также требует реализации! — Азраил подмигнул девушке левым глазом, который не был виден Ганги, — Всё будет зависеть от твоих результатов, Лися. Справишься с этим — получишь возможность совершенствоваться дальше.

— Благодарю за оказанное доверие, господин адмирал флота, — красотка поклонилась теперь чуть ниже, удовлетворённо улыбаясь своими мягкими блестящими губками, — Я с детства мечтала стать исследователем космоса, отчего и закончила с отличием все курсы по естественным наукам. Сделаю всё возможное, чтобы оправдать делом свои амбиции, — девушка наконец повернулась к отцу, — Папа, ну пожалуйста… я же уже не ребёнок.

— Вот же маленькая клякса… — Ганги какое-то время просто стоял, время от времени надувая щёки и тут же тяжело выдыхая, но наконец сдался, — Ладно уж, иди. Но будь уверена, инструкторам дам задание драть с тебя три шкуры на занятиях — считай, это наказание за непослушание своему отцу. Всё, брысь отсюда! — махнув рукой, секретарь сердито отвернулся.

— Ты у меня самый-самый лучший! Я побежала, папуль, — Лися же напротив лучилась радостью и, подскочив к родителю, быстро поцеловала того в щёку. Как только вредная девчонка покинула приёмную, старик выдохнул и наконец улыбнулся.

— Вот ведь засранка, всё-таки уломала… Господин адмирал, я вам был зачем-нибудь нужен? — секретарь моментально вернул лицу невозмутимый вежливый вид и был вновь тем услужливым толстячком, как и раньше. Вполне правдоподобная была ширма — похоже, это был врождённый семейный навык.