В сердце немного кольнуло.

Нет, нельзя их жалеть. По собственной воле они пришли в эти края, присоединились к убийце и кошмарили нас постоянными диверсиями. И сутулого я всё-таки узнал. Видел во время стычки у лесопилки с ружьём.

Я установил взрывчатку неподалёку, возле ящиков, которые сгрузили с машин.

Кажется, на этот раз браконьеры собирались обосноваться здесь надолго. Готовились окапываться, расставляли имущество. Наверное, утром планировали обустраивать новую базу.

— Нет, Бобр! Захлопнись, когда я говорю, уяснил?

Из шатра в центре лагеря показался Череп собственной персоной. Рядом с ним стоял такой же недовольный пузан из бывших людей Медведя. Он вместе с Черепом и Малым вёз меня в берлогу.

Почему-то я думал, этот не должен переметнуться. А нет, глядите… Рожа раздражённая, но целёхонькая.

— Надо дальше ехать. Найдут! — втолковывал он Черепу.

И, надо сказать, был почти прав. Уже нашли.

— Не найдут, — осклабился Череп. Так осклабился, что было понятно — у него есть причины так думать. — И место тут годное. Река рядом. Завтра сожжём траву и…

— Нельзя расслабляться!

Черепу надоели препирательства. Он схватил Бобра за грудки, грозно глянул в глаза и что-то прошептал. Слишком тихо, чтобы я услышал.

И тот успокоился. Точнее, передумал вразумлять нового вожака, но явно остался при своём мнении. И пошёл прочь, когда Череп перестал его держать.

Было даже забавно за этим наблюдать. Бобр наверняка весил, как два таких Черепа, и мог бы уложить его безо всяких проблем, но стерпел.

Я отметил, что Генка с Баяром тоже в порядке. Первый пробирался между стоянок с автомобилями, а второй держался совсем тёмных мест, двигаясь по периметру лагеря. Прикрывал. Если бы не знал, что искать, не высмотрел бы его.

Баяру досталось, наверное, самое опасное занятие. Приходилось не попадаться на глаза и работать неподалёку от караульных постов, занятых реальными браконьерами.

Я же обошёл склады, поставил ещё три бомбы. И уже собирался возвращаться, когда передо мной выскочил человек. Он едва не врезался в меня, но пробежал мимо — я рефлекторно увернулся. Неизвестный он пролетел дальше и направился в сторону ящиков, где была установлена взрывчатка.

Быстрее, чем я все осознал, среагировало тело. Нога спружинила, рука схватила пробегавшего за шиворот, вторая нога упёрлась в истоптанную землю, и бедолага уже стоял напротив меня лицом к лицу. Ошарашенный и растерянный.

Следующая мысль — нужно убить.

Пальцы уже сжали рукоять ножа, как вдруг я понял, что передо мной стоял Малой.

Он тоже меня узнал. Сначала не поверил, а потом его накрыло осознание, что происходит. Взволнованное лицо преобразилось в гримасу страха и отчаяния. Брови поднялись, глаза расширились, а рот искривился в немом крике.