Обрадованный Саня мигом помчался в дом, будто всю жизнь ждал этого дня. Наверное, и вещи у него были не хуже наших фирменных — как раз для похода.

А я остался один на один с Борис Борисычем…

— Правда хорошо водит? — спросил он.

— Да. Ещё немного импульсивно, но это поправимо. Однако не боится рисковать, а в нашем деле это очень важно. Быть может, Михай водит лучше, но я бы предпочёл видеть за рулём Саню.

Борис Борисыч кивнул. Хмурился, но гордость скрыть не мог.

— Добро. Пора ему уже мужчиной становиться, а то всё под моим надзором. Я ж волнуюсь за него, сам понимаешь…

— Конечно.

— Вы только это. Пригоните вашу жестянку ко мне. Я хоть защиту ей годную поставлю. Сделаю не хуже своей Ласточки. — Он похлопал по ощетинившейся раме «Барса».

Ласточка с коготками, однако. Я бы даже сказал, с клыками, когтищами, да и не Ласточка вовсе. Однако увидеть нечто подобное на бригадном «Буйволе» было бы очень неплохо.

— Спасибо! — искренне поблагодарил я.

Скоро подоспел Саня с вещами, точнее, с сумкой через плечо. Что там у него было внутри, я не знаю. Но, надеюсь, что-то полезное. Мы двинулись к выходу, и Борис Борисыч последовал за нами. Но когда он увидел «Тура», вдруг остановился.

Саня тоже остановился и встревоженно обернулся к отцу.

— Что-то не так? — спросил я.

Михай почему-то сжался и нервно ухватился за руль. И он не глушил мотор — прямо как на Истоке, когда была опасность нападения демонов.

Не удостоив меня ответом, Борис Борисыч пошагал к «Туру», а Саня прошептал мне:

— Они… не очень хорошо ладят. Дядя Миша как-то протаранил отцовскую машину во время гонки. А это правилами было запрещено, но дядя Миша уверял, что не специально. Получилось так, что машина вдребезги разбилась.

— А батя?

— А что он? — не сразу понял вопрос Саня. — А! Да не, с ним всё в порядке было. Машину жалко. И он не поверил дяде Мише. Обещал кости пересчитать.

Вроде обошлось без членовредительства. Отсюда было не слышно, но Михай с Борис Борисычем о чём-то поговорили, даже пожали руки. А затем Борис Борисыч вернулся к сыну, дал последние наставления и отпустил нас.

Когда мы сели по местам, Михай молчал и глядел в никуда.

— Ты в порядке?

— А?

— В порядке, говорю?

— Д-да.

— Как прошло, дядь Миш? — спросил Саня с заднего сидения.

— Хорошо… вроде. — Михай, будто очнувшись, часто заморгал. — Сказал, что вопрос закрыт.

Из гаража снова раздались рёв мотора, треск творца и удары молотка.

— Вот и хорошо, — заключил я. — Михай, ты сильно занят? Просьба будет, причём не на пять минут.

— Да без проблем, — пробормотал Михай. — Только вести будет Саня.