Засранца мои слова не смутили. По глазам видно — готов отстаивать свою точку зрения. Тем более что группа поддержки большая. Тут только Петрович питал ко мне тёплые чувства. Которые, однако, при раздаче шишек будут учитываться как отягчающие обстоятельства.

— Я проложил тот кабель, который должен быть! — уверенно заявил Иван Иваныч. — Надёжный, достаточный для мощностей завода и более дешёвый. Да мне премию надо выплатить за экономию казённых денег!

Ну да, ну да. Дело совершенно не в том, что нужный по проекту кабель протягивать раза в два тяжелее из-за жёсткой изоляции. Видите ли доброе дело сделал. Но это я вслух не сказал. У меня был аргумент покруче.

— А восстанавливать завод, когда от него останутся руины, тоже вы будете? И людей, которые там сгорят, с того света вернёте, Иван Иваныч? — спокойным голосом поинтересовался я.

— Чего это? — пробухтел бригадир.

Но уверенности поубавилось. А остальные смотрели на меня уже не с укором, а с интересом.

— Оптимизация мощности проводится, чтобы освободить место для строительства Истока, — пояснил я. — Для цели реконструкции ваш кабель действительно подходит. Но когда скважина будет закончена, завод увеличит объёмы производства. А это новые цеха, а значит, новая мощность. Как думаете, что произойдёт, когда запустят новый цех, и во время коммутации резко возрастёт напряжение поля, Иван Иваныч?

Иван Иваныч нахмурился. В его закостенелых извилинах начинали крутиться правильные мысли.

— Кабель лопнет от нагрузки, — ответил я на свой же вопрос, — поле снесёт к демонам всё здание. А так как защитная автоматика рассчитана на нагрузки по проектному кабелю, она с большой долей вероятности не успеет сработать. И конец заводу. Ну и людям, которые там будут находиться.

В кабинете воцарилась тишина. Теперь все смотрели, что ответит бригадир. И тот совершил ошибку — продолжил гнуть свою линию.

— Ну, надо было так и сказать!

— Вам было сказано! — оборвал его стальным голосом. — Русским языком. Делать по проекту и техзаданию. А теперь придётся вашим мужикам задницы рвать по вашей же милости задарма.

Иван Иваныч поник, покраснел, но более ничего выдавить не смог. К тому же он растерял поддержку остальных бригадиров. А чтобы они не думали, мол, их нелёгкая обошла стороной, я добавил, обведя их взглядом:

— Сроки сроками, а соблюдение норм я проверять буду досконально. Всех касается.

— На этой весёлой ноте и закончим, — объявил Петрович. — Все за работу!

И бригадиры с начальниками отделов, с облегчением выдохнув, поспешили на выход. Мне же молчаливым жестом было велено остаться на месте.