«Она мне не такая уж и подруга, я уверена ты прекрасно понял, что я хочу тебе этим сказать (гневный смайлик), но раз ты „блогер“, то лучше уж объяснить тебе более доступно! Имей ввиду, что она, мягко говоря, „любит отдыхать за чужой счёт“, Лена сто процентов будет подкатывать к тебе, чтобы высосать из тебя всё бабло, а глотка у неё опытная»…

Я рассмеялся в голос.

«О как, а ведь мне казалось, что этот день не сможет стать ещё прекрасней!», — пронеслось в моей второй голове. Однако написал я совершенно другое:

«Танюшка, это что, ревность⁈ (^_~)».

«Хуевность… я просто переживаю за своего друга детства и хочу, чтобы тот осмотрелся по сторонам, и нашёл хорошую девушку».

«Ты действительно думаешь, что эта особа набросится на меня, как только увидит?».

«Именно так, она и поступала со всеми, мало-мальски обеспеченными парнями с нашего универа! (¬_¬)».

«Ладушки, я отпишусь тебе, когда отобьюсь от цепких лап этой охотницы за мужскими сердцами и кошельками. (´ ∀ ` *)».

«Я просто предупредила тебя по старой дружбе (￣︶￣)».

«Спасибо (つ≧▽≦)つ», — коротко отпечатался ей, решив, всё же посмотреть постоянно копившиеся уведомления из соцсетей.

Отодвинув шторку на смартфоне, перед моими глазами сменяли друг друга десятки упоминаний в историях от людей из моего города. Сотни репостов, а количество подписчиков росло с каждой минутой. Я самодовольно вздохнул: «А жизнь-то налаживается!».

Улыбаясь своей самой яркой и широкой улыбкой в тридцать два зуба, я снял короткий сторис, где моё отражение уверенно шагает, перетекая с одного зеркального фасада на другой. Я остановил объектив телефона прямо перед тем, как в кадр мог попасться сидящий на картонке бездомный.

Бомж держал в руках фанерку с надписью: «УРОБОРОС». Заметив меня, он нерешительно наклонил голову набок. Под слоем сальной грязи на бледной коже пузырились воспаленные, чёрного цвета волдыри. Его покрасневшие глаза на выкате были неестественно широко распахнуты, будто он только что увидел свой самый страшный кошмар. Мужчина прерывисто затрясся, дёргаясь на месте. Голова заходила ходуном так, что его редкие зубы громко клацали. Лицо исказила уродливая, от уха до уха, улыбка. Он прерывисто задышал с такой силой, что его вязкие слюни вылетали на несколько метров вперёд. Хриплый смех вырывался кашлем, попадая в такт его судорогам.

Я не смог сдержать себя и, скривившись от отвращения, отшатнулся от него в сторону. Рука сама нащупала в кармане одноразово-многоразовую маску для поездок в магазин. Будто оберег от новой заразы, я быстро нацепил её на лицо, надеясь, что это поможет от невидимой угрозы.