— Тогда идем, — приказал я, и мы выдвинулись с Риганом по тропинке, что показал Доно, Роб же пошел за повозкой.

Добравшись до заветных кустов, я увидел, что празднование в доме Фрэнка идет полным ходом. Пьяные выкрики сопровождались стрельбой. Через кустарники возле дома виднелся огонек костра, который был разведен наверняка для приготовления барбекю.

Спустя полчаса наблюдений на дороге появился силуэт повозки, которая медленно двигалась в нашу сторону.

Повозка остановилась аккурат напротив дома Фрэнка-Молотка.

— Лошадь спокойная, не взбрыкнёт? — спросил я, подходя, у Роба.

— Хм, не уверен, — произнес он. — Лучше бы распрячь.

Риган и еще пара бойцов тут же распрягли лошадь и отвели ее подальше. Роб залез в повозку и встал за пулемет.

— Нет, Роб, я не хочу, чтоб это было на твоей совести, я сам.

— Но Джон… — протянул он.

— Если хочешь участвовать, подавай диски с патронами, — с ухмылкой ответил я. Меня внутри била дрожь, но я не мог показать этого даже Робу, несмотря на то что он мой лучший друг.

Роб откинул полог наверх повозки и отошел в сторонку, встав по правую руку от меня.

— Все готовы? — спросил я парней.

— Ага, — враз ответили они.

Я глубоко выдохнул, навел стволы прямиком на дом Фрэнка, взялся за ручку пулемета и начал ее вращать.

Тут же раздались оглушительные звуки выстрелов. Я не видел, куда стреляю, поскольку передо мной все было в дыму, я лишь видел силуэт дома, по которому стрелял. Спустя несколько секунд стрельба закончилась, Роб тут же подскочил и сменил диск с патронами, все повторилась.

Я не продумал только одного, что в повозке с крытым тентом при таком темпе стрельбы долго находиться невозможно. У меня слезились глаза он дыма, который заполнял повозку, дышать было нечем, поэтому я крутил ручку все сильней. Отстреляв три диска, мы с Робом выскочили из повозки, кашляя и вытирая слезы, которые текли ручьем.

Спустя несколько секунд, когда дым рассеялся, и я протер слезы, увидел, что сотворил. Дом стал словно решето, окон не было вовсе, доски, в которые попадали пули, разлетелись в щепки. Где-то в доме слышались стоны.

— Нужно добить этих ублюдков, — рявкнул Риган и вытащил револьвер, глядя на меня. Я одобрительно кивнул, для парней это послужило приказом, и они рванули к расстрелянному дому.

Я также не отставал от парней и первым ворвался внутрь. Но, как только вошел в дом, тут же замер. Повсюду были окровавленные тела, парни ходили и добивали тех, кто еще оставался живым. Риган это дела с особой страстью, таким поведением он напоминал мне Диму-Грека, которому, на мой взгляд, убийство доставляло удовольствие.