— Ага, — сквозь сомкнутые губы промычал Дима. Я также кивнул в знак одобрения сказанного.

Адам достал из шкафа какие-то препараты и обработал мою рассечённую бровь. После чего достал загнутую иголку, простерилизовал ее в растворе и принялся зашивать.

Роб от такого зрелища стискивал зубы при каждом стежке, Дима же, наоборот, улыбался.

— С лицом все будет в порядке, заживет, и даже не заметишь, — сказал Адам, убирая инструменты в шкаф. — Ну а теперь приступим к самому сложному.

Адам достал довольно большое количество бинтов из того же шкафа, куда убрал инструменты. Также он вынул несколько бутыльков с препаратами и поставил их возле меня.

— Можешь встать самостоятельно? — спросил Адам.

Я кивнул и попробовал встать. Роб хотел было помочь, но его схватил за руку Дима. С большим трудом, но я все же поднялся со стула.

— Ну, вот и славненько, — с улыбкой пробормотал Адам. Он смочил ватный тампон препаратом из одного из бутыльков и начал обтирать мой торс. Не скажу, что было больно, когда он обмывал появляющийся синяк на моем правом боку, а также другие ссадины и царапины, скорей неприятно.

— Ну, теперь можем приступать, — сказал Адам и посмотрел на Диму, а после на меня. — Ты парень, как я погляжу, крепкий, так что обезболивающего дам тебе немного.

— Лучше дай ему виски, — с ухмылкой произнес Дима-грек.

— Можно, но потом, — ответил Адам. — Джон, будет больно, так что вот тебе полотенце, возьми его в зубы, — Адам скрутил трубкой полотенце и передал его мне. Я знал, что сейчас будет, поэтому с радостью принял его помощь.

Адам приготовил бинты и велел подойти Диме и Робу, чтоб помогли ему.

— Джон, я так понимаю, ты знаешь, что делать? — Я с полотенцем во рту кивнул. — Отлично, тогда начинаем.

Я глубоко выдохнул и задержал дыхание, тут же Адам начал бинтовать мой торс, начиная от живота, поднимаясь выше с каждым кругом, до самой груди. Но я надолго не мог задержать дыхание. Вдохнул, и боль пронзила правый бок еще с большей силой, так что я стиснул зубами полотенце.

— Выдыхай, снова задержи дыхание и терпи как можно дольше, — прикрикнул Адам. Я понимал, что без экзекуции обойтись нельзя, и послушно выполнил требования доктора.

Адам крепко обмотал меня, и я еще пару минут привыкал и пытался продохнуть. После чего он дал мне маковый раствор, однако это слабо подействовало. После чего Дима с Робом помогли мне добраться до комнаты, где когда-то пребывал Роб, после ранения. Роб остался со мной, а Дима вернулся к Томасу, поскольку тоже было много дел.

Всю ночь я практически не спал, тело ныло от боли, лежать было неудобно, по сути, провел ночь в полудреме. Утром Роб помог мне спуститься в гостиную. Я особо есть не хотел, но чтоб скорей выздороветь, пришлось умять полноценный завтрак.