— Звучит ужасно, Илин! Одно дело — получить по голове от монстра, но если ты сам себе нанесёшь больше урона, чем они… это же безумие! — не выдержала девушка, что всё утро не сводила с него глаз. — Ты серьёзно готов уничтожить себя? В разгаре боя это ведь просто самоубийство!
— Ради общего дела и защиты людей — да, — спокойно ответил монах. — Такой у нас путь. И не забывайте: опасность грозит каждому из нас независимо от того, используем мы навыки или нет.
Илин был прав. Повисла тишина — тяжёлая, сосредоточенная. До боя оставалось совсем немного.
Глава 31
Тяжёлую тишину, повисшую после слов Илина, нарушил громкий смех. Один из бойцов, стоявший неподалёку, видимо, решил, что пора развеять гнетущую атмосферу. Мужчина был крепким и атлетично сложенным, и когда он смеялся, всё его тело, казалось, вибрировало, излучая заразительную жизнерадостность. Не удивлюсь, если он окажется тем ещё весельчаком, способным поддержать группу в самую трудную минуту.
— Стелария, так ты действительно ничего не знаешь о тех, кто посвятил жизнь пути монаха? — весело подначил Боец. — Разве не слышала? Никогда не спрашивай монаха, на какие жертвы он пошёл. Говорят, они даже дают обет безбрачия… Я бы так не смог даже ради самых мощных навыков.
Илина эта шутка совершенно не смутила. Возможно, за время странствий он наслушался подобного о себе и своих братьях по ордену. Видимо поэтому и не стал на неё остро реагировать.
— В твоих словах есть доля истины, друг. Ценю твою прямоту, — спокойно ответил Илин, слегка улыбнувшись.
Стелария на мгновение опешила и бросила на монаха разочарованный взгляд.
— Так это правда? Ты дал обет безбрачия? Как такое вообще возможно? — удивлённо спросила она и выпрямилась, словно желая подчеркнуть свою привлекательность. Ох, Илин, держись. — Разве это не грустно?
Монах выглядел безмятежно, хотя я-то знал его не первый месяц. За его спокойствием я чувствовал скрытое веселье и задумчивость. Главное, что он не грустит, а остальное не так уж и важно.
— Да, это так. Я принял обет безбрачия очень давно, как только достиг нужного возраста, — мягко объяснил монах. — Ничто не должно отвлекать меня от самосовершенствования разума и тела, от духовного пути. И это не хвастовство, а лишь объяснение, раз уж вам всем это так интересно.
Услышав это,Боец не сдержал смех, подошёл к Илину и радостно похлопал его по плечу.
— Да, брат, серьёзный ты мужчина. Мне такое не по душе. Даже представить не могу, как жить без самых ярких прелестей жизни! — сказал он и усмехнулся, бросая игривый взгляд на девушку.