Когда в помещение зашли остальные, Ира не выдержала, и выбежала назад, обильно опустошая желудок. Костя заметно побледнел, а Макс только грязно выругался.

Перед нами было прямоугольное помещение, примерно шесть на четыре. Его стены оказались изукрашены сотнями непонятных символов, чей багровый цвет отдавал кровью. По углам лежали горы костей, а в центре помещения расположился многоугольник, сложенный из человеческих тел. Что самое мерзкое, тела были без конечностей, но явно живые. Кровь из них медленно текла по полу к центру фигуры, создавая по пути витиеватые узоры. Именно этой кровью и подпитывался кристалл, используя её словно удобрение.

Я насчитал одиннадцать тел, пять из которых принадлежали военным. Остальные были гражданскими и иссохлись намного больше. Тонкая пергаментная кожа, глаза, полностью затянутые белой пленкой и словно ожоги на местах отрыва конечностей.

— Надо бы прервать этот сюр, — глухо сказал Макс. — Не дело, когда так…

Кивнув на его слова, я молча достал арбалет и сделал несколько шагов вперед. Символы на стенах начали медленно разгораться, а поэтому я не стал задерживаться. Четкие выстрелы в голову, пока взгляд отмечал почерневшие вены на телах и быстрое возвращение назад. Макс тут же закрыл дверь и до максимума повернул колесо. Никто не желал обсуждать то, что мы увидели, а поэтому по диванам расселись в полной тишине. По откату я кидал на танка восстановление маны, которое сокращало откат монумента и доспеха, да просто ждали. Куча плоти оставила после себя лишь обменный лут, в довольно приличном качестве, который сразу же оказался в рюкзаке у Кости. Каждый понимал, что забрались мы уже далековато и скоро возможна встреча с местным РБ.

— Ну что, пора? — в полной тишине голос Макса прозвучал слишком громко.

— Все в норме? — задал я важный вопрос.

Нестройные, но твердые ответы и решимость в глазах, за которой начала поднимать голову усталость. И неважно было, что благодаря уровням усталость приходит намного позже, но это подземелье словно тянуло силы. Медленно и неохотно наши тела всё-таки сдавали. Под грузом увиденного, под собственными мыслями и опасностью, что притаилась во тьме.

Поднявшись с шикарного кожаного дивана, который когда-то был таковым, я отряхнул штаны от пыли и неспешно прошел до развилки. Нужный нам проход всё так же сиял темнотой и зазывал дальше под землю. Макс не стал снимать со спины Вепря, полностью перейдя на молот. Я же пока не разделял его уверенности, и G36 холодом металла оттягивала руки.

Очередной коридор оказался не столь длинным, как я ожидал. Закрытая дверь, после метров двадцать достаточно узкого прохода и снова перед нами лестница вниз. Она обрывалась на половине спуска, а дальше пришлось спускаться по скальнику. Трудности это не вызвало, но дало понять, что впереди уже не часть бункера.