Уже находясь в полете, я активировал огненную сеть, что держал до самого крайнего случая. Вспышка пламени довольно ярко осветило дорогу, и спустя секунду, тварь спеленало и стало прожигать. В этот раз нить я держал в левой руке. Хоть ожог и почти зажил благодаря Иванову, но оставшийся шрам не позволил мне использовать ту же руку. Эта тварь не шла, ни в какое сравнение с той здоровенной, и резко сжав кулак, я наблюдал, как монстр разваливается на мелкие куски.

Окружающее пространство погрузилось в оглушающую тишину. Я выпустил нить и сделал шаг вперед, но тут от боли же рухнул на колено. Проведя рукой по левой стороне тела, я увидел на ней большое количество крови. Кажется, мозг каким-то образом смог отключить боль на время боя. Да и вообще, только теперь я прекрасно осознал, что левелап не был простым ощущением. Мое тело словно прокачалось. Немного, но увеличилось все. И сила, и скорость и выносливость. Сложно объяснить, когда не понимаешь механики, но я прекрасно чувствовал, что не получи я тогда уровень, то сейчас бы уже валялся на дороге, скуля и воя от боли. Или же вообще, сдох бы пару часов назад возле семерочки, не успев увернуться от острых зубов тварей.

— Серый, ты как? — раздался хриплый голос Макс.

— Жить буду, — сквозь сжатые зубы, ответил я. — Ты как? Жив, цел, орел?

— В норме, — выдохнул здоровяк. — Зачем ты вперед рванул? Герой, мать твою за ногу.

— Это было единственно верным решением, — хмыкнул я. — И не называй меня этим бранным словом. Твари разделились, и не перли на нас потоком. Да и сам видел, как они реагировали на фантомы. Все было продумано.

— Ну-ну, — не поверил мне Макс. — Что с машиной? Почему заглохла?

— Да хрен его знает, — с трудом поднявшись, ответил я. — Кстати, после твоего прыжка из машины, это тебя надо называть героем. Вылетел, понимаешь ли, весь удар на себя принял. А теперь еще и обзывается.

— Это было единственным верным решением, — буркнул танк. — Думал, дать тебя время завести тачку.

— Ага, ага, — «поверил» я ему.

Вдалеке, все еще ползли части тех одержимых, которых разворотило моим копьем, но время у нас еще было. Я добрался до машины, и стал пытаться ее завести. Сначала она вообще не реагировала на повороты ключа. Потом Макс со злости пнул ее по колесу, и эффект появился. Стартер крутился, но дальше дело не шло.

— Наших вызывать будем? — мрачно спросил танк.

— Пни еще раз, и посильней, — вяло усмехнулся я.

Макс послушался и от души врезал по двери машины, и не один раз. Переждав, пока он успокоится, я вновь стал мучить ключ зажигания. К нашему счастью, на пятый раз машина все-таки завелась, и я смог выдохнуть. Мерзкое зрелище ползущих в нашу сторону одержимых порождало стойкое ощущение тошноты. Можно было остаться и добить их, но я опасался, что на звуки придут твари поопасней, а у нас практически кончились боеприпасы.