Я подошел к своему месту, которое, даже без удивления, оказалось практически во главе стола, и, дождавшись, пока все займут свои места, замер. Судя по всему, мне придется произносить, мать его, речь. Жаль, что здесь нет броневика. Хотя, есть вариант залезть на кабину Камаза и уже оттуда вещать свои глубокие мысли. Глупость и юмор перед серьезными событиями всегда были моими неотъемлемыми качествами. Мне было сложно выступать на публике, и доносить до людей свои мысли настолько глобально. Я одиночка, а не командный игрок.
— Всем добрый вечер, если судить по часам, — поднявшись, начал говорить я. — Не скажу, что все наладилось, и мы смогли подойти к чему-то светлому, но рассвет где-то близко. Мы все здесь так или иначе, смогли получить жизнь, смогли завоевать ее. Мы выжили, а это главное. Я не скажу, что я готов взвалить ваши жизни и поступки на свои плечи, каждый должен отвечать за себя. Но, если вы решите остаться здесь, то, извините, но вы будете должны играть по нашим правилам. Да, именно играть. Мир вокруг нас превращается в игру, или в ее жалкое подобие. Скиллы, умения, профессии, все это не шутки и не игра больного разума, теперь это реальность. Теперь это наша жизнь.
— С другой стороны города, обосновалась военная база с выжившими, — немного передохнув, продолжил я. — Там безопасно, есть еда, военные для защиты, и какая никакая, но власть. Их там более десяти тысяч, за высоким забором, и под защитой серьезных пушек. Если у кого-то будет желание переехать, то мы поможем. Сопроводим и провезем. Лично мне кажется, что детей и, извините, стариков, необходимо отправить туда, там безопасно. У нас же все не так радужно, как вам хочет казаться. Нет нормальной защиты, множества стволов и обилия патронов. Мы будет выживать, а не жить. Я уж молчу про продукты и бензин, все это, рано или поздно, но закончится. Мы не военные, мы обычные люди, которые хотят жить. Но если вы решите остаться у нас, и с нами, то только под наши правила. Народ, без обид и претензий, но иначе, вам здесь не рады. Я буду горой стоять за любого из тех, кто останется с нами, но мать вашу, доверие за доверие. Во мне нет героизма, и прочих бредней, я хочу выжить и жить. Снаружи тьма, в сердцах многих тоже тьма. Надо научиться сохранять в себе человечность. С нами вы или нет? Это главный вопрос. Вот вам мысли на ужин. Пару бокалов для отдыха и решайте. Я все. Больше столь громких и длинных речей от меня не ждите. Вкушайте, и думайте.
Выдохнув, я сел назад, и закрыл глаза. Я постарался срезать все острые углы, и убрать грубость. Не знаю, вышло у меня или нет, но та тишина, что пролилась над столом, сказала мне о многом. Чтобы перестать думать, я по-быстрому накидал себе перекус и приступил к поглощению, наверно вкусного ужина. Различные звуки вернулись только через пару минут. Люди сначала неохотно, но с каждой минут все активней стали накладывать себе еду. Разговоры же вернулись совсем не скоро. Прошло минут десять, прежде чем кто-то затеял разговор, и что самое интересное, это были старики. Я не старался вникнуть или подслушать, я просто забивал желудок, пытаясь управиться быстрей, и завалиться спать. Пусть с разгрузкой и тому подобным разбирается Женя, ему полезно.