Следом вышел молодой специалист. Его доклад выглядел поживее, но интересного в нём было столько же, сколько и в предыдущем. Парень вещал с трибуны о богатстве астероидных поясов и о том, что корпорации зря игнорируют подобные виды добычи ископаемых.

В отличие от предыдущего выступающего, этого завалили кучей вопросов. Не забыли как следует присыпать критикой, которая в основном касалась логистики. В итоге парень поплыл и окончательно сдулся. Похоже, его проект так и останется похоронен ввиду отсутствия финансирования. Однако те, кто его раскритиковал, были правы на все сто процентов. Только доставка группы рабочих до астероида займёт уйму времени и сожрёт кучу средств. Затем эту руду ещё нужно спустить на поверхность планеты для дальнейшей обработки. И смысл? Если всё то же самое уже есть на ближайшей планете, притом в шаговой доступности от завода по переработке.

Доклады я слушал вполуха, и бо́льшая их часть мне даже не запомнилась. Но и без дела я не сидел. Примерно через пару часов от начала конференции по закрытому каналу меш-сети мне прилетело первое сообщение от Сани, который уже вовсю работал в башне «Ориона». Он получил туда доступ в качестве системного администратора и сейчас тянул провода по пустому офисному помещению. Да, его передвижения внутри здания были сильно ограничены, но даже того, что он уже успел заснять, вполне хватило для общей картины.

Санёк вышел на связь ближе к полудню. Я как раз сидел в зале, слушая очередного докладчика, который что-то плёл про тектоническую активность в системах с двойными звёздами. В визоре мигнул сигнал защищённого канала. Я откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза и активировал приём.

«Я внутри», — коротко сообщил Санёк. Голос звучал спокойно, но я слышал лёгкое напряжение. Ещё бы, он единственный, кто сумел получить доступ в стан врага. И так же, как и я, впервые на реальном боевом задании. Если что-то пойдёт не так, нам никто не поможет.

«Докладывай», — ответил я, стараясь не разжимать губ.

Он начал рассказ. Я слушал, параллельно выводя перед внутренним взором картинку, а интерфейс послушно подгружал данные, которые Санёк сбрасывал по защищённому каналу в виде фото или коротких видеофайлов.

* * *

В «Орион» он вошёл через главный вход, который, впрочем, был единственным доступным для посетителей. Двери разъехались, впуская в просторный холл, отделанный тёмным мрамором и металлом. И не абы каким, а натуральной платиной. Никаких излишеств, только холодная, функциональная роскошь, как и везде у «Рудкоффа». За стойкой регистрации сидели двое: администратор — женщина средних лет в строгом костюме, и охранник — тот самый, которого я пометил красным маркером вчера.