На вдохе Сергей резко зевнул — организму явно не хватило кислорода, и он сделал два глубоких вдоха-выдоха, а потом быструю, на пяток секунд, ритмичную дыхательную гимнастику.

— Он был безумен, — сзади раздался спокойный голос Воласы. Сергей обернулся и поразился эмоции сожаления на лице девушки. Когда она убивала Шерхана, ничего подобного не наблюдалось, — Такое иногда случается. А я забыла про кохабитант, — она вздохнула и посмотрела на свои руки, — Или не успела подумать о нем… Про боевой хлыст.

— Бывает, — кивнул Сергей, — это дело привычки.

— А у тебя есть такая привычка? — удивилась девушка и уставила на него свои темно-синие глазища. Сергей хмыкнул и повернулся к остановившемуся рядом Джину.

— Почему не стрелял? — спокойно спросил он.

— Стрелял, — возразил тот, вытянул из руки что-то вроде иглы и воткнул ее в тело мертвого животного.

— Что ты делаешь?

— Похоже, на фоне безумия у него в крови выработался какой-то элемент, нейтрализовавший паралитический заряд. А стрелять на поражение в животных ты запретил. Беру анализы.

— Жаль, что это все-таки случилось, — покачал головой Сергей, — Ладно, разбирайся, а мы, пожалуй, пойдем домой. Что-то расхотелось уже бегать, — он обернулся к Волансе. — Как ты относишься к плотному завтраку после таких энергозатратных событий?

Девушка немного подумала, а потом улыбнулась:

— Положительно!

Воланса

А ночью Воланса второй раз в жизни плакала. Первый раз был тогда на озере.

Сегодня после завтрака Повелитель ушел в свой дом и вернулся уже в привычной мертвой одежде. И все было хорошо, пока они вечером не пошли спать. Она сразу этого не заметила и быстро и уже привычно уснула на руке Сергея. А ночью проснулась — Сергей снова от нее отвернулся, и она не обнаружила на его спине статики!

И вот тогда из ее глаз полились слезы. Она сидела на коленях, смотрела на чистую спину Повелителя и плакала. Сама не знала почему, но внутри все сжималось, наверное, это была обида, но девушка не была уверена, что это было именно то чувство. В любом случае, ничего хорошего.

Шмыгнув носом и вытерев слезы, она подумала:

Ну, ладно! Значит, это была плохая статика. Ведь она должна нравится не только одному, но и обоим — об этом она совсем забыла! Хотя все равно, ее вкусы должны быть на первом месте! Вот только есть ли у нее этот вкус? Вроде она слышала, что некоторые говорили о других, что, мол, у него или нее нет вкуса. Только еще бы понять, что это значит?

Воланса наклонилась и лизнула спину Повелителя. Как всегда — вкусно и приятно, и она сразу успокоилась. Но это же совсем другой вкус! Не тот, который о статике!