– Да! – строго ответил Ролана. – Какого демона, Тина, ты ее провоцировала! Ты же видела, что она неадекватна и может выстрелить!
– «У моей собачки неадекватные реакции», – спокойно процитировала Тина, но поскольку никто не понял этой фразы, прояснила. – Когда я заглянула в дуло револьвера, мне стало так страшно, что я перестала быть человеком, а потом это прошло в одно мгновение. И я поняла, что слушать ее приказы и делать так, как она говорит, – это потакать ее ненависти и шизофрении. Получается, что если у нее оружие в руках, то она права? Я просто перестала пугаться до обмирания, и, если честно, стало противно бояться эту идиотку!
– Тина, она выстрелила в тебя, и это чудо, что не попала! – все– таки не выдержал Итан.
– Да не попала бы она в меня! У меня разум был свободен от ненависти и страха, я слышала, как она взводит курок, и отодвинулась, а она уже ничего не видела и не слышала, так ее распирало!
– А если бы нас там не было, у нее ведь был полый барабан, она бы стреляла и стреляла! – повышая голос от пережитого страха за нее, воспитывал Итан.
– Но вы же там были, зачем эти «если»! И знаете, хватит! Достаточно того, что мы прожили эти дни с ее психозом! Пошла она туда, куда я ее послала! – разозлилась я.
Итан, не обращая внимания на сидевшую за столом компанию, крепко поцеловал меня в губы и, увидев моё смущение и растерянность, весело сказал:
– Нет уж! Пусть находится там, где есть, в следственном изоляторе для начала, а вот мы все пойдем в гулять к озеру!
Все расслабились, радуясь рассказанному и, слава богу, прошедшему уже делу, моему смущению от поцелуя, бесшабашности Итана, удовольствию от хорошей, просто чудесной компании, подняли рюмки, собираясь чокнуться за удачу, и в этот момент Арти поставил точку во всем, вызвав взрыв смеха:
– Я же говорил, что этот козел Альберт во всем виноват! Ребенка надо слушать!
Эпилог
Итан открыл ключом дверь и вошел в квартиру. Из кухни доносилась громкая музыка, лившаяся из граммофона и голос Тины, подпевающей песне, и божественные ароматы готовящегося ужина.
– Тина! – прокричал Итан. – Я дома!
Они долго спорили, где жить – в его квартире или в ее доме. А потом плюнули и бросили жребий – выпало в доме. Чтобы убрать ненужные воспоминания, они сделали ремонт, поменяли всю мебель, отдав старую Альберту в его новые апартаменты, полностью изменили всё. И делали это с такой радостью и удовольствием, что, когда все было закончено, сразу почувствовали: это их дом!
Итан никак не мог привыкнуть к восторгу, который испытывал, переступая порог дома, видя ее вещи – ее плащ на вешалке, ее обувь, сумочка, оставленная на тумбочке, – как бы говорившие: она здесь и никуда не делась, вся в твоей жизни!